Фаворитка императора

Какова бы ни была причина попытки завлечь тебя: ловушка или действительно свидание, ясно как божий день, что что-то снова затевается. Однако в любом случае – позволь поздравить тебя.

– С завоеванием австрийца. Наконец-то ты решилась следовать моим советам, и я восхищена этим. Увидишь, насколько легче переносить неверность мужчины, когда под рукой есть другой.

– Не торопись так, – смеясь, запротестовала Марианна. – Я ничуть не собираюсь отдать князю Клари место заместителя, а просто хочу показаться вместе с ним.

Видишь ли, меня больше всего интересует в нем его австрийское происхождение. Мне кажется забавным водить на поводке соотечественника нашей новой правительницы!

Фортюнэ и Аделаида дружно рассмеялись.

– А она действительно так безобразна, как поговаривают? – оживленно спросила м-ль д'Ассельна, не переставая лакомиться приготовленными для ее кузины цукатами.

Полузакрыв глаза, Марианна помолчала, словно пытаясь лучше представить себе лицо «самозванки».

Пренебрежение искривило нежную дугу ее рта в улыбку, отразившую подлинную суть ее женственности.

– Безобразна? Не то чтобы… Честно говоря, я не смогу сказать вам точно, какова она. Она… ничем не выделяется среди других!

– Бедный Наполеон, – лицемерно вздохнула Фортюнэ. – Он не заслужил этого! Ничем не выделяющаяся среди других женщина для него, который любит только исключительное!

– Это французы, если вы хотите знать мое мнение, не заслужили это! – вскричала Аделаида.

 – Габсбург не принесет им ничего, кроме горя.

– Но их вид не подтверждал этого, – заметила Марианна. – Вы бы слышали их приветственные крики на улицах Компьена!

– В Компьене, может быть, – задумчиво ответила Фортюнэ. – Они не избалованы грандиозными придворными спектаклями, за исключением охоты. Но что-то подсказывает, что Париж не будет таким пылким. Прибытие этой Австриячки вызовет энтузиазм разве что в непримирившихся салонах, которые видят в ней Немезиду Корсиканца и ангела-мстителя Марии-Антуанетты.

Но народ далек от восхищения. Ведь он поклонялся Жозефине и отнюдь не любит Австрию. И я не верю, что это изменится из-за угрызений совести.

В следующий понедельник, 2 апреля, глядя на заполнившую площадь Согласия толпу, Марианна подумала, что Фортюнэ имела достаточные основания для своих слов. Это была празднично одетая толпа, нарядная, беспокойная, но нельзя было назвать ее радостной.