Не дожидаясь встречи с «местным населением», Барраппа бросился к сундуку и едва успел опустить над собой крышку, как совсем рядом послышались голоса:
— Где, интересно, прикажешь искать все это чародейское барахло? — спрашивал один.
— Здесь, — не вдаваясь в долгие объяснения, произнес другой.
— Да? Ты предлагаешь все это сейчас перелопатить, чтобы отыскать, где упрятан магический треножник, плошки и прочие таинственные диковины?
— А что, есть варианты? И почему ты вообще решил, что ей сейчас надо кого-то куда-то вызывать? Что доктор сказал? Может, у нее жар, и она бредит?
— Доктор сказал, что у нее сильное нервное потрясение или истощение — что-то в этом роде.
И что огорчать ее сейчас нельзя ни в коем случае. Поэтому надо искать.
— Вот ведь, — послышалось в ответ. — А что, если сам вызов демона — на ее перегреве случился? Ведь если повторить фокус не удастся — она вообще с ума может сойти. Она ж в это действительно верит.
— Верит, — подтвердил первый голос. — А ты нет?
— Ты же сам знаешь, — начал второй.
— Всякое доводилось видеть. Но демоны — по-моему, это уже перебор!
— Может быть, может быть, — отозвался первый. — А если нет? Ладно, пошли. Я, кажется, вспомнил, куда положил всю ее волшебную снарягу. Давай побыстрее. А то магия магией, но до заседания Капитула следует подготовить сводки.
* * *Строй жандармов, затаив дыхание, глядел на сухощавого мужика в смазанных дегтем сапогах и черном, похожем на монашеское одеянии. В окладистой бороде этого человека застряла квашеная капуста, волосы были всклокочены, но он, обходя фронт замерших в ожидании приказа стражей трона, и не думал обращать внимание на подобные мелочи.
В этом строю едва ли не каждый знал, какие темные делишки числятся за Гришкой Новых, однако никто, даже сам шеф жандармского корпуса, не смел потребовать ответа за преступления у Боговдохновенного Старца.
Прочитав царскую записку, генерал Джунковский тихо выругался сквозь зубы по матушке, но все же, поморщившись, велел штурмовать «злокозненное гнездо заговорщиков».
И вот теперь долгобородый мужик в смазанных дегтем сапогах и с капустой в бороде ходил перед строем жандармов, командуя, точно главарь налетчиков своей бандой.
— …И запомните, кого там только ни увидите, всякий царю и Отечеству смертный враг, у всякого оружие имеется. Если вы их помилуете, они вам спуска не дадут! Особенно хозяин дома. Этот и вовсе ходит, аки зверь рыкающий, ища, кого бы пожрать. Сколько молодцов при нем — неведомо. Ну, да не о них речь.
