Столб дыма и пламени вырвался из отверстой раны и прямо в воздухе обернулся огромным пятнистым леопардом. С яростным рыком дикий зверь бросился в атаку и тут же отпрянул, увидев нацеленный в грудь кинжал."
"Он знал, что оружие не могло уничтожить его, даже это, скованное из молний небесного архистратига. По воле божьей ангелы бессмертны, даже падшие. Сам Господь не уничтожил их, сбросив с небес. Но также он помнил, как самого малого попадания было достаточно, чтобы лишить сил могущественнейших из его соратников.
Леопард метнулся в сторону, оборачиваясь в человека с горящим взглядом и грозным, точно глаз урагана, ликом.
Поручик Вышеславцев выплюнул снег изо рта и вскочил на колени.
— Да что ж тут происходит-то?
В самом деле, представшая пред ним картина не поддавалась разумному описанию: среди валявшихся тут и там людей подбоченясь стоял Распутин и безудержно хохотал. Вдруг он остановился и начал что-то кричать. В этот миг к нему бросился какой-то мужчина с кинжалом в руке. Вышеславцев схватил оброненный наган, ствол его был забит снегом.
Он с силой вытряхнул его и вскинул, целясь в убийцу.
— Стой! Нет!!! — Жандарму показалось, что совсем рядом вскочил сугроб и бросился на него. Выстрел грянул, и в тот же миг поручик ощутил, как сверху наваливается кто-то очень сильный и умелый. Револьвер отлетел в сторону. На помощь командиру уже спешили другие жандармы.
— Идиоты! — в бессильной ярости орал сотник, пытаясь вырваться из жандармских объятий. — Там демон! Его нужно добить!
— Я его узнал, это Длугаш! — кричал Вышеславцев, на четвереньках ползя за револьвером.
Больше всего ему сейчас хотелось нажимать и нажимать на спусковой крючок и смотреть, как падают убитые им люди.
* * *Барраппа покачнулся и выронил кинжал. Голоса в голове внезапно стихли, сменившись ненарушаемой ничем тишиной. Ему казалось, что должно быть больно, но боли не было. Были лишь глаза демона, горящие адским пламенем. Они становились все больше, и больше, и больше, пока не слились в единый огонь.
На мгновение освободившись от жандармов, Холост снова прыгнул на спину поручика, впечатывая его в снег в двух шагах от лежащего в снегу револьвера, и тут же поверх него очутилось шесть, а то и семь увесистых откормленных жандармов, спешащих помочь командиру. Все они слышали раздавшийся вдруг среди зимнего неба гром…
Воспользовавшись замешательством, Хаврес метнулся в сторону, туда, где едва-едва поднималась на ноги начисто обескураженная происходящим Лаис.
