— Поручик Вышеславцев, Алексей Иванович! — как-то на ходу теряя гонор, отрекомендовался представитель власти. — Мне приказано вести расследование…
— Приказ отменяется, — глядя на жандарма пристальным буравящим взглядом, отрезал полковник. — Вплоть до нового распоряжения вы поступаете под мое начало.
— Но на каком основании?
— Ознакомьтесь. — Флигель-адъютант протянул ошеломленному поручику распоряжение, подписанное генералом Джунковским. — И потрудитесь больше не задавать вопросов.
— Как прикажете! — Вышеславцев щелкнул каблуками, и шпоры его тенькнули жалобным звоном.
— Вот так-то лучше. Сходите-ка побеседуйте с героем вчерашней схватки. Подробнейшим образом запишите все детали происшедшего, а заодно и выясните, где это господин дворецкий научился столь ловко управляться с оружием.
Дверь за Вышеславцевым затворилась. Проклиная в глубине души невесть откуда взявшегося полковника и злополучный приказ, дающий во власть неведомого господина Лунева всех тех, кто ему будет нужен, Алексей Иванович отправился беседовать с вышеуказанным Конрадом Шультце.
Он не хотел себе признаваться, но герой вчерашней ночи ему не слишком нравился. Его бы, пожалуй, больше устроило, окажись этому чухонцу, как он про себя уже окрестил дворецкого, лет эдак на пятнадцать больше. Тот и впрямь был чересчур моложав и, как показало вчерашнее происшествие, годен не только для управления домашним хозяйством и проведения званых приемов. А ведь это подозрительно. А что, если он любовник госпожи Эстер? Подобная деталь ничего не прибавляла к расследованию дела, но заставила поручика еще больше невзлюбить господина Шультце.
«Ничего, я тебя выведу на чистую воду», — процедил он, грозя для убедительности кулаком невидимому обидчику.
Лаис вскочила с кресла, едва не бросаясь в объятия Лунева.
— О, господин полковник, как я рада! Я знала! Я точно знала, что вы приедете спасать меня.
— Вы знали? — Платон Аристархович от неожиданности даже чуть отстранился.
— Я же говорила, нити наших судеб накрепко переплетены. Вы примчались мне на помощь. Поверьте, мне действительно угрожает страшная опасность!
— Погодите, погодите, — прервал излияния прелестницы Лунев. — О чем вы говорите? Какая опасность.
— Я узнала нож. Вчера Конрад выбил у одного из них оружие.
— И что же?
— Это оружие нотеров! Я прекрасно знаю его! Таким кинжалом был убит мой отец. Они отыскали меня даже здесь! — в отчаянии едва не кричала Лаис.
