Фея из комиссионки

– А влюбиться в меня ты бы смог? – вовсю уже флиртовала Эвелина.

Мартин без тени иронии ответил:

– А это обязательное условие?

– Конечно! – взмахнула ресницами Эвелина, не отводя взгляда от Мартина. – Влюблённость – лучшее чувство на свете. Вырастают крылья за спиной.

– Я вам не мешаю? – поднял брови Станислав Сергеевич. – Эвелина, детка, хочу тебе напомнить, что Мартин Романович – не цель твоего обольщения.

– А жаль!.. – вздохнула Эвелина и вновь взяла недопитый бокал. – Но я вот вопрос задала…

– Ах, да! Про любовь, – кивнул Мартин.

 – Конечно, в тебя может влюбиться любой мужчина, при условии, что он не взят в плен какой-нибудь другой чаровницей. Ты же не считаешь себя единственной и неотразимой женщиной на Земле? Или считаешь?

– Понятно, – слегка прикусила нижнюю губку Эва. – Но можно же разлюбить и полюбить другого? Сердцу не прикажешь.

– Это точно. Но любовью первоначальное чувство уже не назовёшь, согласна со мной? Если так легко можешь заменить одного человека другим, – ответил Мартин и перевёл насмешливый взгляд на Станислава Сергеевича.

 – Я хотел бы знать, зачем вы пригласили меня? Эвелина – девушка хваткая, похоже, что крупная специалистка, и сама может легко управиться с любым любителем виноградных улиток.

– Не нужно так сразу ставить на малознакомой даме клеймо! Я вам не Миледи, а вы не Атос. Ничто человеческое мне не чуждо, – откликнулась Эвелина. – К чему скороспелые выводы?

– Это ты о чем? – хмыкнул Станислав Сергеевич и осёкся под строгим взглядом Эвелины. – Что касается тебя, Мартин… Я просто не закончил свой рассказ.

Было отмечено, что очаровательных блондинок в нынешнее время пруд пруди. Выбирай любую. Но есть у нашего итальянца одно «но»… Извини, Эва.

Эва приподняла вопросительно чётко очерченные брови.

– И что это за «но», позвольте спросить?

– Вы интригуете, Станислав Сергеевич! Откройте же карты.

– Не смейся. Я к тому, что нашего итальянского господина особо интересуют дамы, которых он отбил у других мужчин. Но не просто у кого попало, а обязательно у солидных, деловых мужиков.

Этим он как бы доказывает, что он – лучший, что именно он – альфа-самец.

– Этим он доказывает, что козёл полный, – презрительно дёрнула плечиком Эвелина.

– У него проблемы какие-то? Чтобы такое доказывать. Кто-то у него увел жену? – спросил Мартин.

– Возможно. Не знаю. Но, отбив добычу, он к этой женщине относится очень хорошо, пытаясь удержать ее разнообразными способами.

– Э-э… Что-то мне это не очень нравится, – фыркнула Эва.