Фея из комиссионки

– Ну что ты разнылся как девчонка? – с детской наивностью посмотрела на Виталия голубыми глазами Яна. – Точно не хочешь чипсов? С солью? Вкусненькие.

– Несносный ты человек, Цветкова!

– Зачем же ты такую невесту себе выбрал?

– Какая уж попалась…

Виталий достал бутылку с мутной жидкостью и со стуком поставил на стол.

– Что это? – спросила Яна, на секунду перестав жевать.

– Самогоночка. Моя фирменная.

– Господин полковник…

– Очень качественная вещь! Дорога длинная. А за закуской сбегаю в вагон-ресторан.

– Можно заказать в купе.

– Лосось суховат, брокколи из разморозки, – ковырял вилкой в тарелке Виталий Николаевич с кислым выражением лица.

– Нет, шеф-повар тебе лично брокколи на крыше вагона выращивал. Такой спецпоезд здорового питания… – ответила Яна. – Нормальная дорожная еда… А вот эта твоя самогонка… Чёртова вещь! Внутри горит всё. Доедем ли живыми? Ты что в нее добавил?

– Как бы нам потом твой секрет боком не вышел.

– Господь с тобой! Обижаешь. Работал профессионал!

Виталий Николаевич для убедительности сделал еще пару глотков.

Яна с недоверием посмотрела на него. У нее кружилась голова и даже чуток подташнивало. Она прилегла на подушку и через секунду словно провалилась в тёмную яму.

Виталий Николаевич бережно раздел ее и накрыл одеялом. Через пару минут спал и он.

Очнулась Цветкова, словно ее кто-то толкнул в бок. Голова гудела, чувствовала она себя так, словно ее прокрутили через мясорубку.

– Господи, как же мне хреново! – простонала Яна, держась руками за голову. Ее трясло, но в первый миг она решила, что это трясётся поезд. – Куда так гонит машинист? Что за ралли? – прошептала она пересохшими губами. Яна нащупала свои тренировочные штаны, натянула их на себя, не открывая глаз, сунула ноги в резиновые шлёпки.

Она открыла глаза, встала, и ее качнуло. Она схватилась за верхнюю полку, посмотрела в окно и с удивлением отметила, что поезд стоит на какой-то станции.

– Господи, полцарства за стакан холодной воды!.. – Яна пошарила в сумочке и сунула кошелёчек в карман тренировочных штанов. – Виталик, я скоро… – сказала она накрытому одеялом похрапывающему сугробу, но ответа не получила.

Держась для равновесия за поручень, на ватных ногах Яна вышла в тамбур и спустилась на перрон.