Фея с золотыми зубами

Раечка иногда приходила сюда с девочкой-подростком, но я не знаю, кем она ей была. Один раз я неделикатно осведомилась: «На воспитание взяли сироту? Доброе дело сделали». Рая закричала: «Никаких выродков из чужих семей. Ни за что. Хватит. Я уже обожглась». То-то я удивилась, она всегда была кроткой, а тут фонтан гнева. Вы у Людочки спросите, скажите, что я вас прислала. Если больше ни о ком слушать не желаете, я пойду, вон там, у Егоршиных, пара стоит, ну точно туристы, им интересно будет узнать, что старуха была негритянкой.

Зинаида Семеновна весьма бодро пошагала в сторону мужчины и женщины, одетых в толстые шубы и здоровенные ушанки. А я двинулась к зданию администрации кладбища.

Людочка не стала вредничать.

– Вас баба Зина прислала? – приветливо переспросила она. – Чего хотите? Если ищете бесхозное захоронение на выкуп, то это не ко мне.

– Кто оплачивает содержание могилы Варенкиной? – без всякой предварительной подготовки огорошила я уборщицу.

Людочка перекрестилась.

– Оля? Кто это такая? – удивилась я.

Уборщица почесала нос.

– Просто Оля. Я ей звоню и напоминаю: «Пора деньги за могилку вносить», ну и встречаемся с ней где-нибудь. Мы давно контачим, она сразу после смерти Раисы объявилась.

– Можете меня с ней познакомить? – попросила я.

– Легко, – согласилась Людочка, – прямо сейчас ей позвоню, что сказать? Вы откуда?

– Писательница Арина Виолова, – церемонно представилась я, – пишу детективные романы.

– Надо же, – восхитилась уборщица, – здорово, наверное, уметь выдумывать.

Я снисходительно улыбнулась.

– Не всегда удается напрячь фантазию, порой приходится строить книгу на реальных фактах. Зинаида Семеновна рассказала историю маленькой Насти, мне случившееся показалось готовой криминальной повестью, поэтому я хочу поговорить с Олей. Она оплачивает уборку могилы, значит, имеет какое-то отношение к Варенкиным.

– Здорово, – повторила Людочка и выудила из кармана мобильный.

Оля оказалась немногословной.

– Писательница Виолова? – удивилась она. – Чем могу вам помочь? История Насти Варенкиной? Ничегошеньки не знаю.

Собеседница явно пыталась отделаться от назойливой литераторши, но я неожиданно ощутила охотничий азарт. Пытаясь убедить Олю согласиться на встречу, я воскликнула:

– Не хотелось бы писать неправду. Допустим, я решу, что в этой истории виновата Элла Трубецкая, сделаю ее убийцей девочки, а потом…

– Элла не виновата! – возмутилась Оля. – Она такая же жертва, как и Варенкины.