Фея с золотыми зубами

Марине Степановне плохо было, ну не лезть же к ней после смерти мужа с вопросом про горшок! Она так Игната Игнатовича любила! Он святой человек! Ну почему Господь таких ангелов первыми забирает?

Я сунула трубку вдове и повернулась к Римме.

– Дайте мне, пожалуйста, чистый нож с острым лезвием и полиэтиленовый пакетик, наподобие тех, в которых в холодильник еду кладут.

– А зачем? – беспардонно спросила медсестра.

– Надо, – отчеканила я, – это оперативная необходимость.

Получив необходимое, я сходила в маленькую спальню, отскребла от подоконника остатки краски, ссыпала их в пакетик и вернулась к Марине Степановне с вопросом:

– Можете вспомнить, как выглядел курьер?

– Нет, – жалобно ответила вдова.

– Попытайтесь, это очень важно, – потребовала я.

Марина Степановна прижала ладони к вискам.

– Особые приметы? Шрам, родинки, густые брови, косоглазие? Он шепелявил, чем-то пах? – не успокаивалась я.

Игнатьева опустила руки.

– Нет. Простое лицо, как у всех!

– Физиономии-то у всех разные, – не вытерпела я и попыталась добраться до цели с другой стороны, – во что он был одет?

– В брюки? – с легким сомнением произнесла вдова.

Я отвернулась. Вот здесь собеседница не ошибается. Сомневаюсь, что молодой человек разгуливал по Москве в юбке. Модельеры который год пытаются ввести в мужской гардероб этот предмет женской одежды, желая отомстить слабому полу, но пока ничего у них не получается. В отличие от представительниц слабого пола сильный, как правило, имеет кривые волосатые ноги, а на эпиляцию не согласится никто из мужчин.

– Вроде были куртка, – бормотала Марина Степановна, – и кепка, черная с козырьком.

– На бейсболке не было логотипа фирмы? – цепляясь за последнюю соломинку, спросила я. – Может, куртку украшала надпись?

– Ну ничего не помню! – плаксиво ответила вдова. – Мы с ним общались от силы десять секунд. Он отдал цветок, я взяла с полки у зеркала кошелек и отблагодарила парня за доставку. Считаете меня беспамятной старухой?

– Людям свойственно забывать незначительные детали, – ответила я.

– Вот девочку, которая притащила коробку, я могу описать! – обрадовалась Марина Степановна.

Вилка, ты законченная идиотка! Гордилась тут своим умением вести допрос, а допустила такой ляп! Игнатьева же говорила, что столкнулась у двери с «аспиранткой». Ну почему я сразу не потребовала описать ее внешность?! Я легко могу стать героиней ленты «Тупой, еще тупее».