Фея с золотыми зубами

И пластик бездушен, он делает окно пошлым. Мне по вкусу простая деревянная рама, которую на зиму заклеивают бумагой». Мы несколько раз проводили косметический ремонт, но муж даже слышать не хотел о более радикальной перестройке жилья.

– Здесь на подоконнике след, – сказала я.

– Где? – прищурилась вдова.

– Подобная отметина получается, если поставить на подоконник цветочный горшок без подставки, а потом поливать растение. Дно прилипнет, уберете растение – останется пятно.

– Нет у нас комнатных цветов, – поразилась Марина Степановна, – мы держим лишь букеты в вазах.

– Вы давно сюда заходили? – спросила я у вдовы.

– После смерти мужа ни разу, – призналась та. – Не хватало мужества, сегодня впервые решилась.

– А до кончины Игната Игнатовича? – продолжила я.

Марина Степановна задернула шторы.

– Наверное, весной, перед отъездом на дачу. Я всегда обхожу квартиру, закрываю окна, занавески, проверяю краны.

– След был? – наскочила я на вдову.

– Нет, – уверенно ответила та, – я бы его заметила и ликвидировала.

– Так, весной ничего не было, – отметила я.

– Стойте! – воскликнула Марина Степановна, – я вспомнила! За три недели до кончины Игната мы отмечали его именины. Праздновали тихо, вдвоем. Дети разъехались кто куда. Дочь давно работает в Париже, а сын полетел по делам в Омск.

Я тут же вспомнила, как заказывала злополучную пиццу, и поежилась. Игнатьева спокойно продолжала:

– Вечером, около восьми, приехал посыльный из магазина, привез цветок в горшке, к нему была пришпилена записка: «С днем ангела, папочка.

– Из какого магазина прибыл курьер? – перебила я вдову.

– Откуда мне знать? – удивилась та. – Парень сунул мне пакет и бумажку «Все оплачено». Я дала юноше на чай и захлопнула дверь.

– Позвоните дочери, спросите, где она заказывала горшок! – потребовала я.

– Зачем? – оторопела Марина Степановна.

– Поторопитесь, – приказала я.

Мы вернулись в кабинет, хозяйка, взяв телефон, начала беседовать с Тоней, потом, положив трубку, растерянно сказала:

– Антонина цветов не посылала.

Я вопрошающе взглянула на Марину Степановну, та залепетала:

– У меня аллергия, дочь об этом знает и никогда не дарит цветы. Я плохо реагирую на лилии и розы, но Тонечка на всякий случай не приносит в дом ни астры, ни фиалки, ни герберы, ничего!

– Странно, что Игнат Игнатович не вынес горшок на помойку, – удивилась я.