Фея с золотыми зубами

Он не бросил даже первую жену-наркоманку, что уж говорить о Кате!

– Яркину не смутил рыжий парик на твоей голове, – перебила я Зою, – это же Хеллоуин, вот ты и нарядилась в костюм. Еще ты взяла у Лизы шарф, думаю, тут обошлось без расчета, ты замерзла, Лиза поделилась с тобой кашне. Но, когда Яркина пожаловалась, что у нее в сундуке может начаться мигрень, ты отдала ей шарф. В твоей голове сидела мысль: если кто и видел двух девушек, которые торопятся к старой даче, то «Лизу» сразу опознают по волосам. Могло здорово получиться! Всем известна ее неприязнь к мачехе, она говорила, что хочет сжить Катю со свету, а еще иногда восклицала: «Вот бы папа женился на Соне!» Интересно, кто вложил в голову импульсивной Лизочки сию мысль? И ты прислала утром порнооткрытки Константину Львовичу.

Ты сообщила ему, что Катя уходит к своему первому любовнику, ты звякнула Лизе с проклятиями от лица Кати. Ты отлично знала Константина Львовича, понимала, как он поступит, была в курсе, что на старую дачу они не заглядывают, но ее никогда и не снесут. Труп был спрятан надежно, на него случайно не наткнутся.

– Пошла полоса везения, – подхватила Зоя, – ты сумела занять место Кати. Лиза вышла замуж по указке папы. Ты была счастлива, Елизавета не очень, история вернулась бумерангом. Теперь она мачеха – Алиса падчерица. Но за тобой сохранилась прежняя роль миротворицы, жена Константина Львовича подружилась с дочерью Виктора. Думаю, тебе нравилось иметь в руках нити, ведущие к Лизе. Ты ведь ее ненавидела за обеспеченное детство? И злилась на Константина Львовича, который не уставал делать дочурке подарки даже теперь, когда она стала супругой Виктора?

– От Лизы были одни неприятности, – тихо дополнила я, – она стала часто впадать в депрессию, мучилась совестью, вспоминала Катю, чем доставляла тебе неприятные минуты.

Уж не знаю, куда могли зайти ваши отношения, но тут Лизе захотелось примерить на себя роль писательницы.

– К сожалению, нанятая Арина Виолова была излишне любопытна и активна! – воскликнула Зоя.

 – Она везде сует свой нос, копает, лезет в давно похороненную историю. И внезапно звонит в дом Ласкиных, натыкается на Соню, принимает ее за Лизу, кричит про труп на старой даче и вспоминает о… плюшевом зайце. Убийца совсем забыла о талисмане, а Константин Львович, в гневе круша игрушки, не подумал, что Катя непременно взяла бы его с собой.

Я сжала пальцы в замок и, с трудом сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик, зашипела:

– Ты решила: ладно.