И, заставив его развернуться, толкнула на кровать. Длинное тело упало на простыни, распластавшись именно так как ей хотелось.
— И ты для меня не меньше.
— Не говори так. — он нахмурился, наблюдая как Мел раздевается, не пытаясь подняться. — Ты не можешь так думать.
— Это мне решать. Ты позволишь мне сегодня решать? — она уронила жилет и блузку, оставшись в одной юбке. Под его голодным взглядом её соски напряглись и сморщились в тугие бутоны.
— Ты же чувствуешь, что да. Насколько мне хватит сил.
Мел улыбнулась в ответ на это уточнение, прекрасно зная, как любит контролировать её этот мужчина.
Ей и самой нравилось ему подчиняться. Но не сегодня. Сегодня она хотела подчинять его. Знать, что будет так, как она хочет. Ей было это нужно. Завела руки за спину, чтобы разделаться с последней мешающей сегодня пуговицей. Юбка упала мягким ворохом вокруг ног и Мел, оставшись в чулках и трусиках, перешагнула её, купаясь в его восхищении.
В его руках она уже познала так много наслаждения. Он уже любил её столькими способами, что она себе и представить не могла, что так можно.
И целовал её везде, сводя с ума тем безумным наслаждением, что дарили его губы и пальцы. А сейчас Мел хотела отплатить ему сторицей. Её взгляд обласкал мужское тело, остановившись на вздыбленном члене, девушка под пристальным взглядом Стэфана опустилась на край кровати на колени и поползла к нему, облизывая губы. Его зрачки расширились настолько, что почти поглотили молочно-голубую радужку, превращая глаза в чёрные омуты, полные жажды.
— Скажи, если я что-нибудь сделаю не так. — прошептала возле самой головки, обдавая его своим дыханием.
— Это невозможно, девочка. Любое твоё действие будет идеальным. — прохрипел он, откидывая голову.
А она лизнула. Солоноватый привкус бархатистой кожи и напряжённые, как струны, мышцы его выгибающегося тела. И хлещущие через край эмоции Стэфана, возбуждающие её до того, что между ног всё сводит в сладком спазме. Мелора осторожно обхватила твёрдый ствол рукой и взяла головку в рот. Обвела языком и двинула ртом вниз, вбирая как можно глубже.
Гортанный стон и его острое наслаждение было ей наградой. Пьянея от своей смелости и власти над этим мощным телом, Мелора повторила движение, а потом ещё раз, и ещё. Брала его ртом, посасывая и лаская языком, двигая навстречу рукой, пока Стэфан не взмолился
— Если ты прекратишь, я умру. И умру, если продолжишь. Это выше моих сил. Девочка, остановись иначе я пролью семя тебе в рот.
— Это плохо? — вскинула она бровь.
