Младшая Сэйрано не стала ничего скрывать и рассказала всё, что знала, в том числе и о том, как страшный злой Ассавирг ради Мелоры чуть с жизнью не расстался, припечатав напоследок, что та любит своего Единственного и жестоко её за это осуждать. Мама сокрушённо зажмурилась, признавая этот аргумент. А потом Фэй повела Шэна в свою детскую комнату. Где до сих пор хранилась папка с её рисунками, спрятаная в секретере и закрытая на ключ, который благоразумно тоже был спрятан в комнате, но уже под половицей. А то мало ли.
Вдруг бы потерялся.
— Я страшно стеснялась своей влюблённости. Родители даже не подозревали. Только Мелора. — поделилась она, погладив чёрную папку и протягивая ему.
— Почему? Разве я был таким плохим кандидатом на первую любовь? — удивился Шэн.
— Сейчас уже и сама не знаю. Просто ты был таким красивым. О тебе говорили, что ни одна свободная девушка не устоит перед твоей улыбкой и обаянием. Вот и я боялась, что мою детскую влюблённость посчитают чем-то несерьёзным. А я знала, чувствовала, что нам суждено быть вместе.
Это всё, наверное, наследие Вэстори.
— Что за наследие? — мужчина держал в руках её детскую тайну и будто не решался перевернуть титульную страницу.
— Мне Мел рассказала, что в библиотеке кузена Фриделиса вычитала одну легенду. Если вкратце, то она о Светлом Созидателе и леди Арасии Вэстори. Та должна была выйти замуж за страшного злого герцога, а сама влюбилась в статую красивого бога. И призналась ему в этом. А тот взял да явился.
И с тех пор, помимо полученной в наследство силы, Источника рода, все потомки их союза любят лишь раз, одного, или одну на всю жизнь. Так что, не только я твоя Пара. Ты моя тоже. И поняла я это гораздо раньше тебя. Правда потом решила, что мне всё это показалось.
— Хорошо, что я тебя разубедил в этом заблуждении. — улыбнулся ей её Единственный и открыл наконец папку. Из первой страницы на них смотрел он сам, моложе конечно, улыбаясь задорной лукавой улыбкой. Каждая чёрточка была прорисована с особой тщательностью и любовью.
Рисунок буквально дышал жизнью и пламенным светом, так свойственным её любимому мужчине.
— Хорошо. — согласно кивнула она, любуясь оригиналом.
Уже глубокой ночью, лёжа в надёжных объятиях своего князя Фэй всё-таки не выдержала.
— Шэн, ты меня умышленно отвлекал сегодня целый день?
— От чего? — удивился он.
— От лича.
— Нет. С чего ты взяла? — состроил невинные глаза её будущий муж. — Тебе показалось.
