— задумчиво признала Фэй. — Вы связаны, хочешь ты этого, или нет.
— Что со мной будет? Вы убьёте меня? — потерянно прошептала Ириса.
Знать бы, что ответить. Скрывать свои эмоции блондинка совершенно не умела и не могла. И действительно говорила правду, а значит её вина только в глупой доверчивости влюблённой простушки. А с другой, своё она уже давно прожила.
— А сама, как ты думаешь? Огаст — монстр и убийца. И упокоить его нельзя, пока ты хранишь его душу. Вот что с тобой делать?
— Я не хотела такого. Не думала, не знала.
Жить так больше не могу, но и умирать боюсь. — Ириса уже не скрываясь, рыдала некрасиво размазывая слёзы по щекам скованными руками.
Фэй знала, как должна поступить, но всё в ней противилось этому. В конце концов Богиня так же справедлива, как милосердна. Может стоит узнать её приговор?
— Я услышала тебя. — сухо закончила она допрос. — Через час будь готова. Твою судьбу решит Тёмная.
И не слушая больше испуганных завываний несчастной, некромантка покинула допросную."
"Так странно было вернуться в главный Храм Смерти, осознавая, что собирается, если не покинуть жречество, то по крайней мере больше не быть той, на кого смотрят, как на будущую Верховную.
Шэн объявился сразу же, как она вышла от Ирисы и, узнав её решение, не терпящим возражений тоном объявил, что идёт с ней. И Фэй отчётливо понимала, чего он ожидает от этого визита. И тот выбор, который ей ещё недавно казался таким сложным, сейчас был единственно возможным. Так что, да она действительно собиралась сообщить своей наставнице, что не сможет принять у неё бразды правления, что вместо титула, обязанностей и власти Верховной, она выбирает любовь мужчины.
Из портала они с Шэном вышли рука об руку. За ними следовали двое некромантов из Управления, которые тащили под руки, скованного многочисленными заклинаниями Огаста. Ну и ещё один вёл заплаканную Ирису. Об их прибытии Фэй предупредила, сообщив, что приведёт лича и его филактерий.
— Рада видеть тебя, Феисия. И тебя, князь, тоже, хоть и пришёл ты, чтобы увести мою любимую ученицу.
— прошелестела встречающая их Верховная.
Она стояла с умиротворённой улыбкой, а за её спиной возвышалась тёмная статуя Богини. Шэн уважительно склонил голову, остальные оборотни низко поклонились.
— Прости, наставница. — Фэй шагнула и склонила голову перед пожилой некроманткой.
— Мне нечего тебе прощать, дитя. Не буду отрицать, что надеялась на тебя, но это лишь тебе решать, какой путь для себя выбирать.
