Молча.
— Лечение ведь не помогло? Серёжа?
Он молчал, подбирая слова."
"— Помогло… эта дрянь не разрослась больше…
— Но не исчезла? И меньше не стала?
— Нет, — коротко. Что тут можно сказать, какие слова найти для матери, у которой на глазах медленно угасает ребёнок. — Но всё неплохо, что вы раньше времени расстраиваетесь? — улыбнулся почти искренне. — Посмотрите, как похорошела за лето, занятие себе придумала — вышивка лентами, я и не знал о такой, и гуляет почти без обид.
Всё отлично, прорвёмся, продержимся, — подмигнул, — я в душ и спать, вы остаётесь?
У Марии Антоновны была своя комната в доме дочери и зятя с тех пор, как понадобилась её помощь на постоянной основе.
— Нет, я домой, Юле завтра ко второму уроку, а Илья, кажется, к физике не подготовился, сидел-сидел с учебником, а потом гляжу — фильм смотрит.
— Я проверю.
— Спокойной ночи, Серёжа, — в дверях. И немного горбясь, что не характерно для статной и высокой Марии Анатольевны, медленно пошла вниз по лестнице, проигнорировав лифт.
= 18 =
Юля поминутно уточняла у папы, будет ли он, как и прошлые года, запускать во дворе их дома фейерверки, и говорила, что позвала подружек посмотреть. Она скажет на пункте охраны, и их пустят во двор. Сергей, улыбаясь, соглашался.
Постепенно и Илья втянулся, ловя предпраздничное настроение. Он даже выбрал одну из ёлок и с деловым видом помогал отцу подбирать фейерверки, изучая инструкции и технику безопасности.
И, конечно, предполагаемую зрелищность.
Марину Сергей отвёз в магазин, и она, кажется, тоже получила удовольствие, выбирая себе платье… кажется. Сергей всё чаще не понимал эмоций Марины, и это пугало. Она много спала и плохо ела. Гуляла она мало и с большой неохотой. Побочные эффекты терапии…
Он подумывал, не завести ли собаку, небольшой породы, чтобы у Марины был повод выйти на улицу, но сомневался в этой идее.
«Повесить» на себя ещё и пса он не хотел, Илья не выказывал такого желания, парень за всю жизнь не попросил даже хомяка, а Юля была ещё слишком маленькой, чтобы заботится о собаке всерьёз. Оставался он и Мария Анатольевна, которая была готова выгуливать гиппопотама, лишь бы Марине становилось лучше, но чувствовалось, что женщине самой нужна помощь… минимум — моральная.
На работе закрывался год, как обычно — с успехом.
