Феникс

Миролюб выкуп уплатил, разбойник всех отпустил. Всех, кроме Бояна, — тот во время абордажа зарубил его сына единственного. Он за Бояна хочет отдельный выкуп получить, гораздо больший, вот свекор твой и везет тот выкуп, — решил все же схитрить боярин.

Вот только не вязалось что-то. Коли так, то отчего же Бажену не повидаться с невесткой и с внуком не потетешкаться? Конечно, потеря большая получается, но жизнь кровиночки всяко дороже, это она уж теперь знала точно, сама мать. Опять же и Радмира не навестил, а это прямое неуважение к роду Смолиных.

Поэтому в Световида уперся требовательный взгляд внучки, мол, начал, так сказывай все до конца. Но тот, как видно, решил придерживаться именно этой версии.

— Деда, коли скрыл что, коли не всю правду сказал, век не забуду и нога моя порог дома твоего не переступит. Под забором помирать буду, а руку твою не приму. — Вся в отца, сказала как отрезала.

— Ну… там еще закавыка есть. Раненный он тяжко, и в цепях его держат, помереть может, — решил все же подстраховаться Смолин.

— Не все сказываешь, деда, — уверенно прошептала она. — Свекор, он ведь с тобой в молодости полки водил, храбрости у него в достатке, но встретиться со мной не возжелал. — А вот теперь голос тверд, хотя в глазах все еще слезы стоят. Как есть в отца.

— Ну чего ты хочешь от меня? Ить все сказал!

— Правду, деда. Всю как есть правду. Ведь не в злате дело, так?

— Бажен предложил тому пирату цену, однако тот возжелал излечить Бояна, чтобы мученической смерти придать, — все же сдался Световид.

— Отец Небесный, спаси и сохрани!

— Бажен направился в Астрань с боевыми холопами, чтобы нанять корабль и извести разбойника, да только великий князь развернул его обратно. Вяткин теперь среднего хочет отправить, так что не все потеряно. Молись, внучка, Отец Небесный не допустит.

Внучка ушла, неся в себе тяжкий груз, вот только Световиду ничуть не полегчало от того, что он все ей рассказал. Он искренне и всем сердцем ее любил, но, как помочь, не знал. Оставить свой пост и отправиться в дальний путь он не мог.

Бажен вынужден вернуться в столицу, возможно, он отправит гонца к сыну, но время уходит немилосердно. Рисковать своими детьми Смолин не хотел, ведь это море, а там все иначе, нежели на суше. Да даже возжелай он кого отправить, бесполезно: младшие далеко, Градимир тоже на службе. В конце концов он не готов рисковать своими сыновьями ради спасения зятя.

Как всегда в трудные минуты, он, сам того не осознавая, направился к отцу.