Феникс

Все прошло великолепно, и иноземец остался доволен как действиями капитана, так и самой команды.

Первым в море вышел зафрахтованный барк. Он имел более низкий ход, поэтому должен был добраться до порта Саны на западном побережье Сальджукской империи, где ему предстояло пополнить припасы и дождаться подхода «Ворона», который задерживался с отплытием. Виктор решил оставить старое название, только его переписали на славенском.

Когда оставалось поднять паруса и отправиться в плавание, Виктор вдруг понял, что не сможет просто так уехать.

Он назначил крайний срок, до которого его следовало ждать, и один, со сменными лошадьми, тронулся в дальний путь. Порывавшихся его сопровождать ватажников он просто остановил и велел не дергаться. Это его личное дело и его риск, никого подставлять он не собирался, и случись что — за все ответит сам.

Добравшись до Брячиславля в рекордные сроки, он узнал обо всем, что произошло со Смеяной, а также о близкой свадьбе с Угрюмом и о том, что она в настоящий момент скорбит о покойном супруге в селе, отданном им на прокорм.

Вот только есть ли у нее желание выйти замуж за брата Бояна или она поступает так под тяжестью обстоятельств, все еще оставалось неизвестным, и он намеревался выяснить это доподлинно.

Пару дней он наблюдал за господской усадьбой, расположившись на высокой сосне и делая по ночам вылазки. За это время он успел разобраться и с системой охраны, и с расположением обитателей дома. Так что действовал не наобум, а вполне продуманно, с холодным и ясным расчетом, используя все свои навыки, наработанные за прошедшее бурное время.

— Здравствуй, Смеяна. Ты уж прости, что как тать к тебе пробрался, но с красного крыльца меня никто не впустил бы.

— Охранник-холоп жив, только оглушил я его да связал. Хотел поговорить с тобой. Мой корабль уже готов выйти в море, осталось лишь распустить паруса. Но вот жизни мне без тебя нет. Если сказанное тобой не пустое, то хочу позвать тебя с собой.

— Нет. Не могу я. Мне ведь скоро под венец.

— Значит, ты сама желаешь Угрюма, — горестно произнес Виктор.

Он не вопрошал, а говорил как человек, которого постигло большое разочарование, как пришибленный горем страдалец.

— То неважно, — тяжко опустившись на лавку и понурившись, ответила молодая женщина. Однако ее несчастный вид вдруг взбодрил Виктора. Она не хочет этого! Она вынуждена так поступить, но не хочет!

— Смеяна, брось все и иди со мной. Ведь вижу, что не мил тебе Угрюм и идти ты за него не желаешь. Ведь ты хочешь быть со мной.