Физрук-10: назад в СССР

Примите мои искренние соболезнования.

— Спасибо, Нестор Алексеевич! — сказал я. — Хотя прошло уже тридцать семь лет.

— Я не могу позволить, чтобы эти палачи застрелили сына моего сослуживца только лишь потому, что им нужно прикрыть свои грязные делишки.

— Нестор Алексеевич…

— Князь Трубецкой к вашим услугам!

— Ваше сиятельство, но как вы сможете меня защитить?

— Это моя забота, Евграф Евграфович. Возвращайтесь к вашей спутнице. Я попрошу Аню вас накормить. Я бы сразу сделал это, знай, что вы из застенок.

— Благодарю, князь. Только мне нужно будет вернуться.

— И об этом не извольте беспокоиться.

Я вернулся в комнату, где скучала в одиночестве Лидочка. А через десяток минут Аня, княжеская горничная, пригласила нас в столовую. После осточертевшей перловки с комбижиром и пустых щей, скромная по меркам высшей аристократии трапеза, состоявшая из картофельного пюре и телячьих отбивных, овощного салата и чая с шарлоткой показалась мне пиром богов. Даже вольняшка Лидочка и та была в восторге от ужина, которым нас накормили в этой необыкновенной московской квартире.

На зарплату секретарши не зажиреешь. Дабы развлечь нас, горничная включила радиоприемник, нашла волну, на которой звучал американский джаз. Я обратил внимание на то, что аппарат иностранного производства и ловит станции, передающие на коротких волнах.

Прошло около часа, когда их сиятельство, князь из плодовитого рода Трубецких, изволили вернуться. Он вошел в столовую, как ни в чем не бывало, велел Ане подать хересу.

Самолично разлил по бокалам вино и принялся светски болтать с Лидой. Они говорили о кинофильмах, новейшем балетном спектакле в Большом, о выставке в Пушкинском музее. Единственная тема, которой они не коснулись, это похороны вождя, которые в эти минуты проходили всего-то в паре километров от этой тихой уютной квартиры. Князь ни словом, ни жестом не упомянул о том, удалось ли ему решить мою проблему? А что если Кукольник до сих пор сидит в машине во дворе и ждет меня? Стоит ли лишний раз злить подполковника госбезопасности? Может, Трубецкой этого не понимает? Он, наверняка, никогда не был зэком! Когда в столовую вошла Аня, чтобы убрать посуду, князь обратился к ней:

— Аня, соблаговолите показать нашей гостье ее комнату и позаботьтесь о ней.

— Хорошо, хозяин! — кротко откликнулась горничная. — Идемте, сударыня!

Самое странное, что Лида покорно поднялась и вышла следом за нею.