Он теперь независим от Главных Вселенских Часов; он может полететь на Остров Говорящих Птиц, может отправиться в Страну Волшебников, на Реку Мудрости, в Лес Диковинных Снов… Правда, это будет происходить лишь в его воображении, но разве этого мало?! И он был счастлив. Одно лишь тревожило Дваждырога: что будет с ним, если вдруг починят Вселенские Часы? Придется ли ему опять, как и в прежние годы, пахать? Нет, Дваждырог не боялся работы; он просто очень опасался, как бы с приходом Времени его не покинуло Воображение.
ВЕЩИЙ МЕШОК
Вот отслужил солдат службу — двадцать пять лет, три месяца и восемь дней, — и говорят ему:
— Иди в отставку.
Служба есть служба, приказ есть приказ. Пошел он к каптенармусу. Каптенармус взял тетрадь в телячьем переплете, записал служивого в чистый расход и выдал ему сапоги, мундир, шинелку и треух — все новое, никем не ношено — и вещмешок для трофеев. Переоделся солдат, начистил кирпичом отважную медаль, усы и сапоги нафабрил, купил у маркитантки полведра кислянского, боевых товарищей уважил, с взводным обнялся, ротному руку пожал, генералу в окно козырнул — и был таков.
"
"Идет солдат по дороге, пылит сам не знает куда. Сестры его замужем, родители в могиле — значит, дома делать нечего. А больше на всем белом свете никого у него нет. Да и с собой-то у солдата почитай что ничего, разве что шильце да мыльце, бритва, помазок, пара чистого нательного белья, запасные подметки, колода карт от скуки — вот и все. Лежит солдатское богатство в вещмешке на самом дне и бренчит.
Кому-то это, может быть, тоску навеяло б, а наш солдат идет себе и вспоминает, как он, на бранном поле вражьей пулей раненный, попал в лазарет и как его из ложечки кормили и по нужде во двор носили, и как сам полковник Сукин к нему в палату заходил, о здоровье справлялся и обещал, если солдат помрет, ему на деревню письмо написать, а когда уходил, так два полуштофа оставил. Вот где житуха была!
Размечтался солдат, разомлел. Сел при дороге, принялся портянки перематывать.
Трава вокруг солдата сочная, небо высокое, солнце горячее. И, что удивительно, тихо. Ни военных, ни штатских не видно…
Вдруг слышит солдат — кто-то плачет. Встал служивый, зорко огляделся… и увидел пастушка. Сидит мальчишка под кустом и слезы по грязным щекам растирает.
— Так! — говорит солдат. — В чем дело? Ат-вечай!
Испугался пастушок, вскочил, портки поддернул, говорит:
— Я, господин солдат, корову потерял.
— Гнедую, чалую, каурую? — интересуется солдат.
