(На самом деле он спросил: «Я убью их всех?» В Речи Драконов есть три слова, обозначающие «я»: «я» — дракон, его же употребляют Одиночки, говоря о себе; «я» — та голова, что говорит, и «я» — другая голова. В этот раз Младший подразумевал Джеттара.)
— Не всех, — отвечал Джет. — Кто-то должен убежать и поведать остальным, что дракон жив и обзавелся новой головой.
Тар не подхватил его смеха.
— Мне жалко их.
Действительно, он жалел их. Джеттар чувствовал, как хохот битвы мешается в нем с чем-то иным, сродни ключевой воде.
— Почему? — полюбопытствовал он. — Это гады, к тому же злые.
Тар глянул на Джета широко раскрытыми глазами, синими, как ночь.
— Их жизнь, верно, очень тяжела. Не хотел бы я вновь родиться одним из этих… Но ведь зачем-то они нужны Единому?
— Про то ведает Он. Если они нужны Ему, пусть повелит им расплодиться в ином месте и в иное время. Мне в моей пустыне они не нужны.
— Неправда, они нужны и мне тоже! Где я возьму быка, если не будет их?
— Гм…
— И откуда бы взялась сама пустыня, если бы они не срубили больших деревьев?
Теперь Джет ощутил торжество и смех своего Младшего.
И рассмеялся сам. Но уже не тем смехом. «Поистине, Тару уроки пошли впрок. Месяца не прошло, а он кстати припоминает словцо из Песни Песка. И мыслит так ясно, что меня самого берет врасплох. Ну что за чудо!»
— Хорошо. Я оставлю в живых более половины. А ты отрешись, можешь и когтей не сжимать.
* * *— Кто это? — спросил Тар.
— Ниа-на-Марх, — ответил Джет, следя сквозь прищур, как сосед поднимается ввысь и поворачивает против солнца.
— Что значит «на»?
— То, что его Младший погиб, — твердо, без колебаний ответил Джет. В самом деле, пора нам выйти из безмятежного возраста.
Тар молча облизал губы. Потом спросил:
— Его люди убили?
— Нет. — Джет замолчал, но все-таки решился договорить: — Его убил я. Когда тебя еще не было. Он ударил первым.
— Почему он напал на тебя?
— Из-за драконны.
— Как ты убил его?
— Упал сверху, ударил лапами по темени и переломил шею.
Тар выгнул спину и опустил голову, разглядывая правую и левую лапы.
Джет усмехнулся. Завладел лапами, вытянул их вперед и поставил рядом, палец к пальцу:
— Вот так.
— А драконна?
— Осталась с ним. Он разорвал мне крыло вот здесь.
— А его Младший?
— Марх?.. Что же Марх — он умер. А Ниа отпраздновал свою свадьбу. Но все-таки я добавил «на» в его имя.
Тар снова нашел взглядом в небе крошечную черную фигурку Ниа-на-Марха — единственную букву, что извивалась и корчилась на бледно-голубом листе.
