Должно быть, у нее неплохо получилось, потому что трактирщица с улыбкой добавила:
– Мне, конечно, не стоит говорить это вам, ведь вы – дочка викария… Но знаете, Нэнси была не очень-то строгих нравов, и я махнула на нее рукой. Она брала с посетителей столько, сколько в голову взбредет, и я ей не мешала – даже если она встречалась в конюшне со своим молодым человеком. Встречалась всякий раз, когда ей удавалось ускользнуть…
Бенедикт встрепенулся.
– У нее был молодой человек?
– У всех же бывает, разве нет? – Миссис Поттер снова вздохнула.
– У меня никогда не было. – Шарлотта вновь изобразила смущение.
Трактирщица взглянула на нее с жалостью и тут же продолжила свой рассказ."
"– Но на сей раз это был не какой-нибудь паренек из Строфилда. До недавних пор я его никогда не видела. Он тут появился незадолго до того, как нагрянули все эти охотники за сокровищами. – Миссис Поттер презрительно фыркнула – как будто не эти же самые люди наполняли ее кошелек, а она богатела (причем для этого ей даже не требовалось гоняться за королевской наградой).
– И с тех пор, как Нэнси умерла, он мне тоже не попадался, – добавила хозяйка.
– Скажите, а он ходил в плаще? – Шарлотта насторожилась.
– Да какая разница?.. – удивилась хозяйка.
Шарлотта на секунду замялась, потом сказала:
– Ну, знаете, если бы его найти, то можно было бы выразить ему соболезнования по случаю этой потери. И дать духовное утешение, конечно же. Кажется, мисс Гофф в своих последних словах упоминала, что он носил плащ или накидку…
– Да, верно.
Она все твердила о плащах и глазах как у демона. И как у кота. Твердила еще с тех пор, как получила ту золотую монету, – сказала миссис Поттер. – Наверное, в последние минуты своей жизни она просто страдала от угрызений совести – знала ведь, что ей не следовало отлучаться с работы.
– Ее последние слова?.. – Бенедикт нахмурил брови. – Мисс Перри, ваш отец, кажется, упоминал кошачий глаз… и плащ, не так ли?
– Вот видите?.. Опять эта болтовня про кошачьи глаза.
– Миссис Поттер принялась поправлять свою прическу.
– Не совсем так, – сухо заметил Бенедикт. – Я понял так, что она сказала «кошачий глаз». Только один.
– Видать, была не в своем уме, – со вздохом пробормотала хозяйка.
– Да-да, должно быть, вы правы, – закивала Шарлотта. – Ведь Нэнси даже не могла повторять слова молитвы, которой мой отец поддерживал ее в последние минуты… – добавила она, с явным неодобрением и даже укоризной.
