Все еще словно хмельной от пережитого, он подошел слишком близко, так что один его сапог оказался в воде. Бенедикт тотчас убрал ногу и отступил на шаг. Потом присел на корточки и опустил пальцы в струящуюся прохладу воды. На краю речушки некоторые камни были острыми по краям, а значит – новыми, другие же раскололись давно, и вода уже обкатала их до гладкости. Его пальцы нащупали один, который оказался приятно гладким, он был словно уменьшенная копия огромной каменной плиты, на которой они с Шарлоттой недавно лежали.
Бенедикт поднял камешек и спросил:
– Скажи, он красивый?
Шарлотта в это время возилась с капором. Потом Бенедикт услышал, как она отбросила его в сторону и пошла по траве и камням, направляясь к нему. Приблизившись, она сказала:
– Да, он красивый, если его приятно держать в руке.
И его действительно было приятно держать. Причем камень был довольно увесистый. Бенедикт усмехнулся и проговорил:"
"– Посмотри на него повнимательнее. Вдруг я нашел бриллиант? Если да, то мы сможем прекратить охоту за украденным золотом и жить как короли.
Вернее – как король с королевой.
– Не уверена, что узнаю бриллиант, если он не ограненный. – Она присела на корточки рядом с Бенедиктом. Ее длинные волосы упали ему на руку и ласкали его обветренную щеку. – Но нет, нам не повезло. Бриллиантов такого размера в Англии не бывает. Кроме того, он коричневый. Хотя в нем видно несколько красивых зеленых прожилок. Похож на берилл.
– Что такое берилл?
– Это… один из видов камней с прожилками.
Иногда его называют кошачий глаз. – Шарлотта вдруг вздрогнула и воскликнула: – Боже!.. – И камень выпал у нее из рук.
Подобрав его, Бенедикт пробормотал:
– Э… погодите. Как вы сказали? Неужели он называется…
– Да, кошачий глаз, – прошептала Шарлотта.
– Значит, это камень?.. – протянул Бенедикт. – «Кошачий глаз» – такой камень? Так, может быть…
– Думаете, Нэнси хотела сказать, что у человека, который ударил ее ножом, был берилл?
– А она бы узнала, если бы увидела? – спросил Бенедикт.
Шарлотта ненадолго задумалась.
– Да, возможно. Узнала бы именно как кошачий глаз. А вообще-то она даже не могла отличить гинею от золотого соверена.
– Понятно, – кивнул Бенедикт. – То есть она могла говорить о том, как драгоценность выглядела, но не знала названий, так?
– Да, именно так. И могла сказать, как выглядел кинжал, например. Тот, который мы отдали Лайлаку. В рукоятку был вставлен изумруд, разделяющий ее пополам.
