Если ему и показалась натянутой ее вежливость и бессвязными ее ответы, то он, наверное, решил, что это от застенчивости, думала она, или от тревожного ожидания его вердикта. Он, похоже, не был удивлен, слыша от нее только: «Да — нет — не помню — дайте подумать!» Сэр Уильям был очень даже терпелив с ней, и под влиянием его спокойного голоса она вскоре собралась, отодвинув мысли о Черис и сосредоточившись на его словах.
Он также очень ловко управился с Феликсом. Наткнувшись на враждебный взгляд, он сказал со своей приятной улыбкой:
— Здравствуй! Да, еще один занудный доктор, как будто мало тебя мучили!
Недружелюбный взгляд исчез, Феликс покраснел и пожал ему руку.
— Здравствуйте, сэр! Но я совершенно здоров, клянусь вам, и сестре не стоило за вами посылать!
— Ну вообще-то выглядишь ты действительно отлично, — согласился сэр Уильям. — Однако, раз я все равно пришел, то уж давай осмотрю тебя, не возражаешь?
Феликс уступил. В конце осмотра он потребовал сообщить ему, может ли он вставать, на что сэр Уильям ответил:
— Да, конечно, можно.
Тебе будет очень полезно побывать на свежем воздухе, так что, я думаю, твой брат, — не так ли? — прокатится с тобой по парку. Душно, правда? Но я знаю, что ты скоро поедешь в Сомерсет. Как я тебе завидую!
Фредерика, вопросительно взглянув на Джессеми и, получив от него утвердительный кивок, увела сэра Уильяма в гостиную."
"Он говорил с ней около двадцати минут и полностью успокоил ее. Возможность осложнений нельзя исключать, но он полагает, их можно избежать, если неуклонно следовать его указаниям.
Он прекрасно отозвался о докторе Элкоте, заменил его лекарство на другое, говоря, что оно было превосходно, но теперь, на стадии выздоровления, Феликсу нужно новое средство, и ушел, посоветовав ей, с понимающей улыбкой, не нервничать по поводу мальчика.
— Иначе это будет нервировать его! — сказал он.
— Я написал имя и направление к врачу курорта Бат, которому вы можете полностью доверять.
Но я думаю, что его услуги вам не понадобятся.
Тем временем Оуэн вручил маркизу письмо от Фредерики. Он застал его как раз тогда, когда он со своей сестрой был готов отправиться в Сомерсет-хауз, потому что леди Элизабет вспомнила, что не посетила Выставку Королевской Академии; а так как на следующий день она собиралась завершить свой затянувшийся визит в Лондон, то это скандальное упущение надо было немедленно исправлять.
