Фригидная для оборотня многоженца

И одно время она принимала их за любовь. Шайна делает первые шаги в этом чужом для нее мире, потому ей сложно, — поднимает меня на руки и несет куда-то вглубь сада. — Она помогла мне разобраться в некоторых моментах. А сегодня она меня отпустила. Вначале предложила отдать невинность…

— Патлы повырываю. Дрянь! — ярость возвращается. Дергаю за его рубашку, так что пуговицы летят в разные стороны. Раздается треск ткани. — И ты что? Не смог отказаться от столь щедрого предложения?!

— Я отказался. И тогда она окончательно убедилась, что больше ей незачем удерживать меня.

Ей нужен самец, который будет ее желать, любить, заботится. А я могу ей предложить только свою помощь и покровительство.

— И зачем ты ее лапал?

— Вив, сладкая моя, — зарывается носом мне в волосы. — Это были лишь дружеские объятия, в знак того, что мы решили все вопросы. И еще чтобы посмотреть на твою реакцию, — не вижу, но чувствую, как улыбается.

— Гад! Ты издевался! Выводил меня на ревность! Тиская эту! — впиваюсь ногтями ему в шею. — И сейчас тебе еще весело!

— Тебе нужен был маленький толчок, чтобы проявить свои эмоции, — ставит меня на ноги.

Уютная поляна, окруженная со всех сторон цветами и зелеными кустами.

— А следующий раз ты заберешься к кому-то в постель? Чтобы дать мне толчок?

— Нет, — прижимает меня к себе, — Это было спонтанное решение. Так карты сошлись. Обещаю, больше никогда, — целует. Я бью кулаками в его спину. Ярость все еще клокочет внутри, но ее смываю другие ощущения. Намного сильнее, ярче, острее.

Рэймонд раздевает меня.

Его пальцы скользят по телу. И я впервые в жизни изнемогаю от предвкушения. Я жажду продолжения. Именно хочу, как никогда, и ничего не хотела.

— Не знаю, сколько я буду рядом с тобой. Но пока я тут, — обхватываю его лицо двумя руками, — Чтобы ни одной дамочки и близко с тобой не было.

— Оу, какой собственнический тон, — золотые вкрапления в его глаза складываются в одно отчетливое слово «счастье», я кожей ощущаю его ликование. И желаю познать его в глубине. Внутри меня пронзают судороги.

Запускаю руки под его разорванную рубашку, наслаждаюсь гладкостью и силой оборотня. Между нами проходятся волны энергии, окунают нас в дивный водоворот. Мы словно отправляемся в путешествие по неизведанным мирам.

Мы избавляемся от одежды. Опускаю взгляд. Я видела Рэймонда голым прежде. И тогда признавала, насколько идеально он сложен. Но сейчас, впервые в жизни я смотрю на него с вожделением. Я словно действительно готова потерять невинность, отдаться ему.