Гамбит принца

Он был прямо как один из этих приграничных лордов, Туар или Македон. Жаждал войны. Могу только вообразить, что бы он подумал о тебе.

Дэмиен взглянул на Лорена. Он знал природу своего отца, его убеждения. Он точно знал реакцию, которую бы вызвал Лорен, если бы оказался перед Теомедисом в Айосе. Если бы Дэмиен заступился за него, попытался бы заставить отца посмотреть на Лорена, как на… он бы не понял. Сражайся с ними, но не доверяй им. Он никогда не противостоял отцу в чем бы то ни было.

Дэмиену это было не нужно, потому что их ценности так совпадали.

— Твой собственный отец тоже гордился бы тобой сегодня.

— Потому что я взял меч и надел плохо сидящую на мне одежду брата? Уверен, он был бы горд, — ответил Лорен.

— Ты не хочешь трон, — сказал Дэмиен, внимательно рассматривая лицо Лорена.

— Я хочу трон, — ответил Лорен. — Ты, правда, думаешь, после всего, что видел, что я избегаю власти или шанса обладать ей?

Уголки губ Дэмиена приподнялись:

— Нет.

— Нет."

"Отец Дэмиена правил мечом. Он сплотил Акиэлос в единый народ и с неистовой заносчивостью использовал новую мощь этой страны, чтобы расширить ее границы. Он снарядил северную кампанию, чтобы вернуть Дельфу своему королевству после девяноста лет Виирийского правления. Но это было больше не его королевство. Его отец, который никогда бы не стоял внутри Рейвенела, был мертв.

— Я никогда не задумывался о том, как мой отец видел мир. Мне было достаточно быть сыном, которым он мог гордиться.

Я никогда бы не стал плохо вспоминать о нем, но впервые я понял, что не хочу быть…

Королем, каким был он.

Было бы оскорблением сказать такое. И все же, он видел деревню Брето, жертву агрессии, вырезанную Акиэлосскими мечами.

«Отец, я могу победить его» — сказал он тогда и выехал, и возвратился героем; его броня была снята слугами, его отец приветствовал его с гордостью. Дэмиен помнил ту ночь, помнил все те ночи, возбуждающую мощь захватнических побед его отца, одобрение, когда успех следовал за успехом.

Дэмиен не задумывался о том, как это разыгрывается на другой стороне поля. Когда эта игра началась, я был младше.

— Прости, — сказал Дэмиен.

Лорен окинул его странным взглядом.

— Почему ты извиняешься?

Он не мог ответить. Не мог сказать правду. Он сказал:

— Я не понимал, что для тебя значит стать королем.

— И что же?

— Конец борьбы.