Остались лишь остатки счищенного воска.
— Здесь было написано «Дочь пророка и Зелье», — сказала я. — Может быть, он не дописал «ва» после «Зелье». Тогда получилось бы «Зельева». Эмма Зельева.
— Давай думать логически: у Эммы нет причин набрасываться на Каллисту Зиновьевну…
— Но у кого-то же они были!
— Возможно, её убрали как ненужного свидетеля. Но что такого она могла увидеть, услышать в районе поликлиники, я не могу себе представить.
— А я, кажется, догадалась! Каллиста Зиновьевна видела того, кто принёс Намистиным ядовитый презент.
Точно! Других вариантов и быть не может. Цель убийцы Намистины, а Каллиста Зиновьевна случайная жертва. Убийца заманил её в глухой угол и безжалостно лишил жизни. Вислюков тоже мог стать свидетелем, но уже после убийства. Убийца, возможно, находился еще на месте преступления, когда ты с Вислюковым курил на пороге. Потом ты ушел, а Вислюков… Что если он пошел за угол, а там… Или у меня уже паранойя, как думаешь?
— Мне нравится, как ты рассуждаешь. Но есть несостыковки — это шахматная фигурка и ""гарпии"" во множественном числе.
То есть гарпий как минимум две."
"— И одна белая, а вторая черная. А про Семёна он говорил, что он, скорее всего, за одно с гарпиями. «Скорее всего» — Ян не утверждал. У меня мозг сейчас взорвется. Помоги мне погасить свечи и собрать их в кучу, — попросила я и принялась делать то же самое.
Хосе Игнасио охотно помогал мне:
— Даша, я боюсь оставлять тебя одну, — сказал он. — Если ты не пойдешь ночевать ко мне, я останусь здесь. Лягу на лавках и буду сторожить тебя как преданный пёс.
— Не нужно. Я закрою дверь на замок, и меня никто не потревожит. Нам не нужны лишние сплетни. Уверена, завтра о нас с тобой и так разговоров будет больше, чем надо. Поэтому иди домой и не тревожься обо мне. Всё будет в порядке.
Уговорить Хосе Игнасио было непросто, но в двенадцатом часу мы всё-таки попрощались. Свечи погасили, и на утро о загадочной надписи напоминали лишь застывшие восковые лужицы. Без свечей по ним трудно было определить, что же там было написано, а вот у меня перед глазами это огненное слово «ведьма» стояло еще долго.
Вот бы можно было лечь спать, а на утро проснуться без забот и хлопот, чтобы все опасения и неприятности попросту исчезли, испарились, улетучились как сон, но проблемы сделаны из другого теста — они бесследно не исчезают. Утром мне нездоровилось — снова будто какая-то ведьма порчу навела — и голова кружилась, и всё зеленело и прыгало перед глазами как лягушки на болоте.
