Хм, неужели Дар Пустоты прокачался? Может, поэтому у Странника и не вышло взломать мои щиты, его псионика просто отторгалась от меня. Не вся, понятно, но вместе с обручем, доспехами и щитами это создало неплохую защиту. Ну как неплохую? Щиты висят на соплях. Но они есть, это главное.
— Потом, Камил, — я уже выкачал из пластырей энергию и немного восстановился. — Ничего серьезного всё равно нет."
"Потери в Легионе еще предстоит посчитать, но вроде бы все целы, хотя за зверюшек Горнорудовой не ручаюсь. В любом случае сейчас надо заняться трофеями.
Я образую в руке пси-клинок и тяжело шагаюк дымящемуся телу.
«Думаешь, ты победил, бастард? — звучит в моей голове злобный скрипучий голос. — Рано радуешься. У меня еще есть чем удивить ваш жалкий мир… Как насчет новых гостей?»
Он посылает куда-то в пространство ментальный импульс. Стелы в монастырском дворе вспыхивают все разом синим цветом. Затем мгновением спустя возле главной башни образуется квадратное свечение.
— Что это еще опать?! — возмущается за моей спиной Света.
Я не отвечаю. Конечно же это портал или «нора», но куда он ведет, пока загадка. Потом будем разбираться. Дайте докончить с трофеями!
Вонзаю пси-клинок в голову Странника. Последние щиты слетают. Отлично. Пси-насос выкачивает все данные в большой ментальный сундук. У меня открывается возможность забрать и личность Странника, но нет, нафиг. Я не враг себе, чтобы селить в своей голове Высшего Грандмастера телепатии. Да и если так подумать, то на кой он мне нужен? Накопитель все равно останется мой родной, а память я скачал, так что сам уж вырасту до «дяди Гранда».
А Страннику пора сказать «пока», слишком уж долго он задержался на этом свете.
«Ты же любишь исследовать? Исследуй теперь Астрал в виде бесплотного духа, — бросаю напоследок. — Может, тебя поймает какой-нибудь Демон, тогда будешь исследовать его желудок».
Всё, готов. Засранец отбыл.
В это время просыпается портал, и оттуда появляются первые гости…
* * *Фирсов открывает глаза.
Огромная вертикальная плита закрывает его полностью, словно огромный щит, защищая от обломков и взрывов. Рядом, за таким же прикрытием, лежит бесчувственный Впендель, его тело недвижимо.
«Филинов что ли позаботился?» — удивляется Устранитель, подползая к монаху и проверяя его пульс. Сердце настоятеля бьется, и он оказывается жив.
Фирсов осторожно высовывается из-за плиты и округляет глаза от увиденного.
— Ну ничего себе схватились! — вслух вырывается у него.
