Подхожу к Змейке, которая до сих пор стоит в напряжённой позе, её когти блеснули на солнце. Я мягко касаюсь её ментально, стараясь успокоить.
— Всё хорошо, сударыня. Эти люди только крикливые, они ничего не сделают твоему выводку, — произношу по мыслеречи.
Змейка издаёт шипящий смешок и отвечает с видом хищника, готового к прыжку:
— Не сдерррают, фака, — её голос звучит угрожающе, а когтистые руки поднимаются чуть выше, как напоминание о смертоносности хищницы. — Ни-и усперррею, мазака…
Я с трудом подавляю улыбку, чтобы не выдать своего одобрения этой маленькой сцене.
Мягко касаюсь волос Змейки, её змеиные пряди слегка шевелятся в ответ.
— А не могла бы ты приготовить свой фирменный кофе, сударыня? — спрашиваю с искренним желанием.
— Будддет черрез минуту, мазака! — мгновенно оживляется Змейка, её глаза вспыхивают азартом. Она бросает короткий взгляд на горгонышей, словно командуя им, и стрелой исчезает в стене, следом за ней — шустрая мелочь, сверкая когтями.
Вот уж действительно: и хищница, и домоправительница в одном флаконе.
Вернувшись в кабинет, я с трудом опускаюсь в кресло. Усталость тянет вниз, но надо дождаться кофея Змейки, а то обидится. Я жму кнопку звонка и зову служанку.
— Можно мне коктейль Лакомки для бодрости? — прошу я, устало прикрыв глаза.
— Конечно, Данила Степанович! — раздаётся бодрый ответ, и я лишь киваю, представляя долгожданный прилив энергии. — У нас все заготовлено на такой случай!
Пока жду коктейль и кофе, выхожу на связь с Дедом Дасаром.
Голос лучшего вора Заиписа сразу звучит на удивление весело, а доклад начинается без лишних церемоний:
— Шеф, да всё по-старому. Гумалин всё ещё в горах, камень для стел добывает. Только вот… приключения у него там.
Я настораживаюсь, уловив в тоне Дасара еле сдерживаемый смех. Зная его странное чувство юмора, это предвещает что угодно, кроме скуки.
— Какие ещё приключения? — уточняю, стараясь держать голос ровным. Сюрпризы Дасара — то ещё развлечение.
— Ну… — он нарочно делает театральную паузу, явно смакуя момент.
— Он встретил племя белых казидов. Помнишь тех, что остались после войны с чёрными казидами? Их королевство тогда развалилось, а составлявшие его племена разбрелись кто куда.
Я киваю, хотя Дасар этого и не видит. В памяти всплывают обрывки истории белых казидов.
— Конечно, помню, — отвечаю, мысленно связывая нити прошлого. — Гумалин ведь был не последним человеком в том королевстве. Брат короля, как-никак.
