"
"Я проснулась в страшную рань, но спать больше не могла, каждая клеточка тела жаждала деятельности. Сплошной адреналин: как будто мне предстоит выступать в Альберт-холле или грабить ювелирный магазин. Я распланировала сегодняшний день до последней мелочи — так, что и комар бы носа не подточил. Что я сделаю, если он что-то заподозрит. Что я сделаю, если что-то пойдет не так…
Вчера перед сном я сказала ему, что мне надо пораньше прийти на работу: после обеда совещание, надо хорошенько подготовиться. Он никак не отреагировал, похоже, даже не слушал — что же, тем лучше.
Без четверти шесть. Я тихонько слезла с кровати, стараясь его не разбудить, и на цыпочках отправилась в ванную одеваться. Темно-синий костюм, туфли на низком каблуке — я всегда так одеваюсь на работу. Я решила позавтракать, но поняла, что не смогу съесть ни кусочка, — в животе все ходило ходуном.
Меня затошнило.
Я едва успела добежать до туалета, и меня вырвало водянистой гадостью. Боже, оказывается, нервы мои совсем расшалились.
Я прополоскала рот холодной водой, руки слегка дрожали.
Было очень важно, чтобы все выглядело как обычно, просто очередной рутинный рабочий день. Ли крепко спал наверху, но лучше перестраховаться. Я аккуратно собрала волосы на затылке, закрутила узлом, накрасилась, выпила стакан воды, сполоснула его и поставила на сушку, подумав немного, прополоскала миску для хлопьев и ложку и тоже положила их на сушку.
Потом взяла сумочку, ключи и тихо вышла из дому, тихонько закрыв за собой дверь.
Это было примерно в половине седьмого.
Четверг, 28 февраля 2008 года
— Дыши, дыши. Вот так, умница. Нет, не надо торопиться. Давай вместе — вдох…
— Я не могу… я… Все ужасно…
— Молчи, молчи. Я рядом. Все хорошо, Кэти. Я с тобой.
Лоскуток шелка алел на ковре как открытая рана. Я не могла на него смотреть. В телевизоре всё еще хохотали — наверное, над моей истерикой. Полагаю, для постороннего взгляда мое состояние действительно выглядело уморительно.
Когда я смогла продышаться, Стюарт чуть ли не на руках доволок меня до кухни и посадил за стол, а сам занялся приготовлением чая.
— Ну, расскажи теперь, что случилось? — Его лицо было непроницаемым.
— Ты же видел! Я нашла это у себя в кармане.
Стюарт оглянулся и, прищурившись, уставился на пуговицу:
— А что это такое?
Я мотала головой, пока она не закружилась.
— Это пуговица от платья. Не в ней сейчас дело. Как она попала ко мне в карман? Я ее туда не клала.
