Герцогиня

– Конечно, я спрошу ее, но Анжелика – честный человек. У нас у всех есть скелеты в шкафу. Уверен, она скажет мне правду. Что же до твоих слов, отец… Мне тридцать лет. Ты не можешь запретить мне жениться или указывать, на ком мне следует жениться. Я не желаю, как ты, заключить брак с женщиной из «правильной» семьи, ненавидеть супругу и жить тридцать лет в одиночестве. Ты однажды уже посоветовал мне жениться на одной почтенной даме, и смотри-ка, чем это кончилось! Сбежала перед алтарем с моим лучшим другом! – Эндрю тоже разозлился.

Отец еще никогда не вел себя так отвратительно.

– О, уверен, и эта девка тебе тоже изменит, долго ждать не придется, вот увидишь. А моя женитьба на твоей матери – не твое дело, сынок.

– Я всю жизнь наблюдал, как вы с матушкой едва можете находиться в одной комнате. Мне такого не надо, – ответил Эндрю.

Джон прекрасно понимал: сын прав, но стоял на своем:

– Брось ее. Ты будешь сожалеть, если не послушаешь меня сейчас. Я никогда не приму ее в своем доме и не захочу с ней видеться.

– Не думаю, что у Анжелики когда-либо возникнет желание с тобой встретиться или переступить порог твоего дома после сегодняшнего ужина, – холодно ответил Эндрю. – Спокойной ночи, отец. Спасибо за прием. – Хэнсон-младший вышел из библиотеки и захлопнул за собой дверь."

"Джон бессильно упал в кресло. Он чувствовал себя так, словно ему больше ста лет. Она отвергла его, а сейчас выходит за Эндрю. Он хотел Анжелику для себя и был готов дать ей все, но выиграл его сын. Сейчас Джон не мог решить, кого ненавидит больше: Анжелику или родного ребенка.

Глава 19

По дороге в отель Эндрю и Анжелика хранили молчание. Он думал об отце, Анжелика – о том, какую ярость должен испытывать ее жених по отношению к ней. После сегодняшнего вечера она вряд ли увидит его когда-нибудь. Джон наверняка все рассказал сыну, и конечно, Эндрю не женится на ней.

Швейцар помог Анжелике выйти из кареты.

– Могу я подняться в номер? – Хэнсон серьезно смотрел на невесту.

Анжелика кивнула. Там она и вернет ему кольцо.

Эндрю мог ничего не объяснять. Она и так понимала, что не заслужила его. Но как жестока судьба! Кто бы мог подумать, что Джон Карсон окажется отцом ее возлюбленного? Хуже могло быть, только если бы она переспала с Хэнсоном-старшим. Тогда Анжелика точно не смогла бы смотреть жениху в глаза.

Как только они вошли в номер, Хэнсон нежно обнял Анжелику за плечи.

– Нам надо поговорить. Отец сказал, что я многого о тебе не знаю. Я люблю тебя, и мне безразлично твое прошлое.