Герцогиня-дурнушка

Это была вторая за день смена подстилки – так ему сказали. А кобылу рядом с серым чистили уже в третий раз. Джеймс пожал плечами и прошел дальше по центральному проходу. Похоже, он владел двумя превосходно подобранными серыми, двумя вороными без единого проблеска белого и отлично подобранной упряжкой из четырех гнедых.

Росслоу, старший конюх, был энергичным весельчаком, прекрасно поддерживавшим порядок в конюшне. К тому времени, как Джеймс направился назад к двери, ведущей в сад, он множество раз слышал фразу «ее светлости так угодно» и в какой-то момент вдруг обнаружил, что беззвучно повторяет эти слова.

Росслоу заметил это и расхохотался.

– Ее светлость отлично знает, как наилучшим образом все устроить, – объяснил он. – Однако не все идеи принадлежат только ей. Даже если кто-то из младших парней выскажет свое мнение, она внимательно его выслушает. В этом она справедлива. Хотя, конечно, окончательное решение всегда остается за ней.

«Очевидно, из Тео вышел бы превосходный капитан», – с усмешкой подумал Джеймс.

Они с Гриффином долгие годы провели вместе. Но у них-то было два отдельных корабля и две отдельные команды. А как же можно вести хозяйство с двумя капитанами под одной крышей?

Когда Джеймс вернулся в дом, Мейдрон представил его экономке миссис Элтис, а затем шеф-повару месье Фабло, французу, такому маленькому, что едва дотягивался до духовки. И все в кухне свидетельствовало о прекрасной организации хозяйства. Там, например, имелись два вращающихся вертела.

– Один предназначен для домашней птицы, – объяснил Фабло, – а другой – для мяса.

В кладовой же все полки были уставлены рядами блестящих консервных банок.

– Да ведь это же невозможно съесть за один год! – воскликнул Джеймс, увидев, что полки закрывают все четыре стены кладовой.

– О нет, – ответила миссис Элтис с гордостью. – Когда осенью консервы присылают из поместья, я помечаю каждую банку и ставлю ее налево, а использую те, что справа. Когда же год подходит к концу, я отдаю те, что не были съедены, в сиротский приют.

Ее светлости так угодно, – добавила экономка с лучезарной улыбкой.

Что ж, на борту корабля капитан – полновластный хозяин, и он, Джеймс, всегда действовал соответствующим образом. Так что членам команды приходило в голову ослушаться его не чаще, чем прыгнуть в воду, полную акул.

Поднимаясь по лестнице, Джеймс вдруг подумал: «Похоже, вовсе не я господин в этом доме. Вполне возможно, что Дейзи здесь капитан, а я – только гость». Это была обескураживающая мысль.