Герцогиня-дурнушка

 – Повернувшись к Тео – она сделала глубокий вдох, – он вдруг спросил: – Помнишь, как у меня воспалились глаза, когда мне было двенадцать, а тебе десять? И ты все лето читала мне в затемненной комнате, потому что у меня болели глаза…

Она молча кивнула, глядя на него в изумлении, а Джеймс заявил:

– Я, конечно, не понимал этого, но ты уже тогда была моей.

– Но я дебютировала три недели назад, – проговорила она шепотом, но ее слова отчетливо прозвучали в мертвенной тишине гостиной. – А ты не ходил ни на один из приемов до вчерашнего вечера.

– Я думал, ты будешь просто танцевать, – ответил Джеймс прерывающимся голосом. – Я не воспринимал это серьезно. Но если ты собираешься выйти замуж, Дейзи, то выйдешь только за меня. Я не хочу, чтобы ты даже думала о других мужчинах. – Он бросил злобный взгляд на Джеффри, и тот тут же отступил на шаг.

Джеймс снова повернулся к девушке, и в его глазах промелькнула неуверенность.

– Я знаю, у тебя есть другой, но…

– Не знаю, о чем я думала, – решительно перебила Тео.

– Ну… что ж… – послышался откуда-то сзади голос миссис Саксби. – Я уверена, все мы считаем, что это было весьма романтическое предложение. Но я думаю, что для одного вечера уже вполне достаточно.

Тео не пошевелилась. Ее старый друг, почти брат – этот человек исчез, а вместо него перед ней оказался красивый и обаятельный мужчина, пристально смотревший на нее. И выражение его глаз заставило ее покраснеть до самых кончиков пальцев.

– Нет, недостаточно! – рявкнул Джеймс, не сводя глаз с Тео. – Так ты согласна, Дейзи?

– Да, – ответила она дрожащим прерывающимся голосом. – Да, я согласна.

– Полагаю, все решено, – заявил герцог Ашбрук с явным одобрением в голосе. – Очень удобно, правда? Мой сын женится на моей подопечной. Все остается в семье, так сказать. Заметьте, это не было бы правильно, если бы они не любили друг друга.

– Я полностью с вами согласна! – оживилась миссис Саксби.

– Вот и хорошо, – кивнул герцог с улыбкой.

Джеймс взглянул на отца, и его охватило чувство стыда. Да, сейчас он действительно испытывал страстное влечение к Дейзи. Но ведь все так получилось только потому, что его легкомысленный отец растратил чужие деньги. И даже этого поцелуя не случилось бы, если бы не отец…

Джеймс тяжко вздохнул, а ноющая боль в груди сказала ему нечто еще более страшное: он испортил то, что могло стать – и стало бы! – одним из самых драгоценных моментов его жизни.