Гезат

Заметил, что мой раб Дюрис слишком радостно выполняет поручения Иолы, без ленцы, как других моих жен, даже несмотря на то, что она беременна. Пора его женить.

— Иди за мной, — приказал я юноше.

Этот уж точно не будет мечтать о моей жене.

153Победу праздновали всего один день. На второе утро Гай Юлий Цезарь в сопровождении только конницы отправился ускоренным маршем на Апеннинский полуостров. В Диррахии он расстался и с конвоем, поплыв только со своей свитой в Бриндизиум на обычной торговой галере, потому что военных в порту не было.

Германцы и кельты поскакали в родные края, дав обещание прибыть по первому зову императора, а я и еще несколько римлян поплыли домой на следующей галере, двадцатичетырехвесельной, зафрахтовав ее всю. Хозяин-иллириец был несказанно рад. Во-первых, не надо было терять продолжительное время на погрузку и выгрузку и нанимать грузчиков, потому что мы вместе со своими лошадьми и рабами управились всего за полчаса и без посторонней помощи. Во-вторых, галера шла практически в балласте, быстро и легко. В-третьих, за время перехода мы напоили его отменным греческим вином до такого состояния, что попытался отказаться от оплаты. Тут мы проявили принципиальность и дали даже на пять денариев больше, чем договаривались.

На Апеннинском полуострове была тишь да благодать. Такое впечатление, что гражданской войны и нет вовсе. Впрочем, все боевые действия происходили где-то далеко, о них узнавали только от путешественников и из писем, присылаемых из обеих враждующих армий.

Дома у меня тоже все было в порядке. Дети подросли, жены потолстели. Во время похода они как-то держали форму. Наверное, сказывались частые нервотрепки, чувство опасности. Спокойная и сытая жизнь в имениях отложилась килограммами жира на их животах, задницах, бедрах… У меня даже появилось впечатление, что жен подменили. Правда, они быстро убедили меня в обратном. Появление третьей жены, к тому же собиравшейся родить вот-вот, обе старые встретили в штыки, точнее, в копья.

Приходилось мне, несмотря на ее положение, возить Иолу с собой, когда переезжал от одной жены к другой. Причем не столько потому, что опасался, как бы чего с ней не сделали, сколько боялся, как бы она не отправила обеих на тот свет. Несмотря на юность, Иола была дочерью своего народа — умной, хитрой и беспринципной. Если бы почувствовала, что ей угрожает опасность, наверняка отравила бы обеих соперниц.