Гиперборей

Волк чуть наклонил голову, из горла вырвался хрипловатый звук. Олег понял вопрос, хотя говорил с волками очень давно.

— Приветствую тебя с братьями в твоем лесу, — ответил он по-волчьи.

Краем глаза видел, как побелела Умила, закрывая телом сына, как Рюрик и Асмунд бросили руки на рукояти мечей, а Рудый опасливо отодвинулся.

— Почему вы здесь?

— Идем в дальний город, — ответил Олег, приглушая голос на верхней ноте. — Мы только идем через ваш лес.

— Долго?

— Нет, мы пройдем без остановок.

Вожак обернулся, рыкнул неразборчиво, верхняя губа угрожающе приподнялась, показывая острые клыки.

Олег пристально рассматривал волка. Тот снова повернул к нему голову, шерсть на загривке опустилась, огоньки из красноватых стали золотыми:

— Пусть дорога ваша будет хорошей. Прощай, Старший Брат. Мне есть что рассказать по возвращении."

"Он шагнул вперед, лизнул руку Олега. Олег погладил лобастую голову, пропустил между пальцев чистую плотную шерсть. Волк мгновение стоял, закрыв глаза, потом вздохнул, повернулся, в два огромных прыжка скрылся в темноте.

Темные плотные силуэты колыхнулись, странные желтые глаза начали исчезать.

Рюрик со стуком бросил меч в ножны. Рудый шумно перевел дух, повернул к Олегу бледное лицо с выпученными глазами:

— Ну... Эти серые на офеней не больно похожи.

— Они ушли, — сказал Асмунд язвительно, — потому что услышали от тебя какой-то странный запах.

— От меня? — удивился Рудый. — Что-то не видел, чтобы ты мылся после штурма стен Твердыни... Святой пещерник, ты знаешь язык и этих офеней?

Олег сказал неохотно:

— Они охраняют собственные земли так же, как Твердислав или любой другой князь.

Хотели узнать, не собираемся ли рыть здесь логовища...

— И ушли, когда ты заверил, что не будем ухлестывать за их девками? Да-а, а еще говорят о кровожадности волков! Овечки рядом с Твердиславом. Или с Асмундом. Верно, в отшельничестве что-то есть. Когда наберусь грехов достаточно, обязательно уйду в пещеры!

Асмунд удивился:

— Сколько тебе надо? Ящеру в дядьки годишься! Сложи свои грехи на его горный хребет, у того спина хряснет, как лучинка под колесом.

Самого Чернобога посрамишь! Или киваешь, что святой отец пошел в пещеры лишь потому, что грехов было... гм...

Рудый посмотрел в сторону исчезнувших волков, отчаянно помотал головой. Человек, сумевший своей святостью защитить от серых, всегда был непорочным!

На рассвете они спустились в укрытую от ветров долину. Там в самом зеленом месте высились амбары, виднелись даже трехповерховые.