— Этот парень, он…
Она сглотнула. Что он? Скорее, Оливия, скорее. Иммунолог? Исландец? Жираф? Кто он?
— Ты не обязана объяснять, если не хочешь. — Голос Адама звучал немного необычно, но в то же время успокаивающе. Устало. Оливия поняла, что заламывает руки, и, вместо того чтобы остановиться, просто спрятала их под стол.
— Я… Просто…
— Все в порядке.
Он ободряюще улыбнулся ей, и Оливия… была не в силах смотреть на него. Ни секундой дольше. Она отвела взгляд, отчаянно желая найти какие-нибудь слова. Она хотела это как-то исправить.
Прямо за окном кафе группа старшекурсников толпилась вокруг ноута, смеясь над чем-то и глядя в экран. Порыв ветра разметал стопку листов, и один из парней бросился их поднимать. В отдалении в сторону «Старбакса» шел доктор Родригес.
— Это… наше соглашение.
Голос Адама выдернул ее обратно. Вернул за стол между ними, к ее лжи, к тому, как мягко и тихо он говорил с ней. Добрый, какой же он был добрый.
Адам, когда-то я думала о тебе самое худшее, а теперь…
— Оно должно было помочь нам обоим.
Если тебе это больше не нужно…
— Нет-нет. Я… — Оливия покачала головой и заставила себя улыбнуться. — Все сложно.
— Понимаю.
Она открыла рот, чтобы сказать: «Нет, ты не понимаешь». Он не мог ничего понимать, потому что Оливия только что все это придумала. Дурацкая ситуация.
— Я не… — Она облизнула губы. — Нет нужды прерывать нашу договоренность раньше срока, я все равно не могу сказать ему, что он мне нравится. Потому что я…
— Дружище. — Чья-то рука хлопнула Адама по плечу.
— С каких пор мы встречаемся не у тебя в кабине… О. Понимаю. — Взгляд доктора Родригеса скользнул от Адама к Оливии и задержался на ней. Секунду он просто стоял у стола, удивленно глядя на нее. Затем губы его медленно растянулись в улыбку. — Привет, Оливия.
В первый год аспирантуры доктор Родригес входил в состав ее консультационной комиссии — довольно странный выбор, учитывая, что он не имел никакого отношения к теме ее исследования. И все же у Оливии остались в основном приятные воспоминания об общении с ним.
Когда она запиналась на заседании комиссии, он всегда улыбался ей первым, а однажды даже сделал комплимент ее футболке со «Звездными войнами»… А потом напевал под нос имперский марш всякий раз, как доктор Мосс начинала критиковать методы Оливии.
— Здравствуйте, доктор Родригес. — Улыбка у нее точно вышла не такой убедительной, как ей бы хотелось. — Как дела?
Он отмахнулся."
"— Ой. Прошу, зови меня Холден. Я ведь у тебя уже не преподаю.
