Главные вопросы жизни. Универсальные правила

Это не значит, что самолеты не падают, это не значит, что они не сталкиваются при ошибке диспетчера, которую не способен контролировать пилот, это не значит, что самолетам нет нужды в топливе, это не значит, что можно начихать на требования техники безопасности и наплевательски относиться к взлету и посадке. Труд, желание и постоянное внимание — все это необходимо, и, к сожалению, даже этого недостаточно, потому как форс-мажорные обстоятельства никто не отменял. Но если вы действительно хотите научиться переживать счастье, у вас есть все шансы.

Между счастьем и удовольствием

Идея «счастья» — это некий экстремум: то, что невозможно достичь, но то, к чему можно вечно стремиться. А переживание счастья — это не то, что мы получаем в финале, а то, что мы можем переживать на дистанции, когда мы останавливаемся и обозреваем мир вокруг себя и себя в нем. Останавливаемся, смотрим на достигнутое и переживаем… счастье. Понимание, что тебе довольно того, что у тебя уже есть, и дает человеку ощущение счастья.

Тут важная вещь. Если бы счастья можно было бы достичь, заполучив что-то определенное, то это было бы, с одной стороны, величайшим несчастьем (потому как что делать дальше — абсолютно непонятно), с другой — не было бы никакого развития. Залог развития именно в том, что «счастье» относится к числу идей, фантазмов — «полетели, птичка, там много вкусного». Нужно, мне кажется, просто понимать это и не расстраиваться из-за того, что в этом забеге нет финиша, в нем важнее другое — само движение и, разумеется, та дистанция, ее продолжительность, которую ты смог пройти.

В общем, счастье — это отдельные моменты, и надо уметь их ценить. Но вот что странно: в России не стыдно страдать, быть несчастным, но как-то неловко, неудобно быть успешным и счастливым. Почему так? Я слышал множество версий… Кто-то говорит, что это элемент православной культуры. Кто-то считает, что это связано с тем, что, будучи счастливым, ты становишься предметом зависти, а потому это небезопасно.

Притом что счастье — это ведь некое чувство, а любое чувство может испытывать только конкретный человек, его не может испытывать масса, группа или организация.