Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

Мы люди военные, и в причинах негативных явлений разбираемся не так хорошо, как товарищ Серегин и его советники, но если в боевом приказе тебе излагают одно, а на местности имеется совсем другое, то такая ситуация, товарищи члены Политбюро, в просторечии именуется задницей. Именно после таких кунштюков начинаются панические крики: «Предали!», «Окружили!», после чего слаженное воинское подразделение превращается в митингующую толпу штатских. И вас это тоже ждет, если вы как можно скорее не возьметесь за ум и не начнете приводить планы в соответствие с реальностью.

Впрочем, наш командир будет исправлять все это в любом случае, с вами или без вас.

— У нас в семьдесят шестом году мы уже решили, что с Косыгиным и косыгинцами нам не по пути, — сказал Брежнев. — Если кто-то будет обещать вам реформы с чудесными результатами, стоит принять его программу и напечатать правильные указы, и больше никаких затрат не требуется, гоните этого деятеля в шею, ибо затраты необходимы при любом, даже самом малом деле.

Вместо того, чтобы восстановить разгромленную волюнтаристом промышленную и закупочную кооперацию, вернуть колхозам самостоятельность, а колхозникам приусадебные участки и возможность держать домашний скот, прекратить практику переселения колхозников из неперспективных деревень в поселки городского типа, эти деятели начали изобретать машинку для обстригания… собственных причиндалов. Мол, эта шерсть пойдет в доход государства.

— Все, что вы советуете, это самый настоящий отказ от завоеваний социализма и возврат к мелкобуржуазным методам хозяйствования! — демонстрируя упрямство, произнес Михаил Соломенцев.

— Ни на что такое мы пойти не можем.

— При мне, — веско сказал Сталин, — все это было, но никто на нарушение принципов социализма не жаловался. Или вы уже все забыли? Напротив, жить день ото дня становилось легче, жить становилось веселее. Это Никитка сбил страну с истинного пути своим неправильным пониманием марксизма, и именно его измышления, поставившие страну на грань катастрофы, вы принимаете за завоевания социализма.

"

"Соломенцев хотел было возразить самому Сталину, но Григорий Романов, видимо, вспомнив, что он теперь здесь главный начальник, тихо сказал:

— Погоди, Михаил Сергеевич. Нас сюда позвали для того, чтобы говорить о деле, а не рассказывать сказки. Кроме того, социализм, он тоже разный бывает. Вспомни Пол Пота и маоистов — те тоже кичатся своим социализмом.