Год нашей любви

Я высунула голову из-за шторы:

– Ты должна была постучаться!

Дана знала, какой я псих, когда речь заходит о приватности.

– Так вот… – Она одарила меня сатанинским взглядом. – Я зашла сказать тебе это на случай, если ты как раз думала, брить тебе кое-что или нет…

– Господи. Ну вот – теперь я комплексую.

– Потому что за кустиком Стейши наверняка ухаживал профессиональный садовник.

– Кори, Стейша уже в прошлом. И ее стриженый газон тоже.

Все еще посмеиваясь, она вышла.

Помывшись и вытершись, я обернулась полотенцем и переместилась в кресло.

Когда я вслед за Даной заехала в общую комнату, она поинтересовалась, что я собираюсь надеть.

– Отличный вопрос. Давай посмотрим. – Потратив на изучение ящиков с одеждой намного больше времени, чем обычно, я остановилась на маленьком топике с тонкими бретельками и штанах для йоги.

– Идеально, – одобрила Дана, когда я вышла из комнаты, чтобы продемонстрировать ей свой образ. – Сексуально, но не выглядит так, будто ты сильно старалась.

– По-моему кто-то забегает вперед.

Она покачала головой:

– Слушай, я видела лицо этого парня. По-моему, он даже слюни пустил на ковер. Надеюсь, ты надела достаточно соблазнительное белье?

– У меня его нет, поэтому я не надела ничего, – ответила я, расчесывая волосы.

Дана восторженно пискнула:

– Похоже, тебе не нужна моя помощь.

– Еще как нужна. Важное решение: костыли или кресло?

– Кресло. Точно кресло. Так будет легче снимать с тебя одежду.

– Как я понимаю, теперь мне следует сказать тебе: «Не жди меня, ложись спать»?

Она приподняла брови:

Смущаясь, я дважды постучала к Хартли.

Из его комнаты доносилась негромкая музыка в стиле хаус, поэтому я набралась смелости и просто открыла дверь. И вот я увидела самого Хартли – он стоял в центре комнаты, держа баскетбольный мяч, из одежды на нем были только джинсы. От этого зрелища у меня сразу пересохло во рту. В приглушенном свете ламп я могла различить каждый мускул его идеальной груди и даже дорожку коричневых волос, спускающихся от пупка под пояс джинсов. Он шевельнулся и отбросил мяч в сторону. А потом направился ко мне.

Подойти по-настоящему близко к человеку на инвалидном кресле непросто. Так что, когда он наклонился, я обвила его шею руками. Его кожа казалась бархатной под моими ладонями. Хартли обхватил меня за бедра и поднял прямо из кресла, прижав к своей груди. Потом подсунул одну руку мне под ягодицы и просто держал меня так, нос к носу, рассматривая своими серьезными карими глазами.

– Каллахан, – прошептал он.