Год нашей любви

Его ответом был поцелуй, сладкий и медленный. Я хотела его так сильно, что мое сердце готово было вырваться из груди, но я до сих пор не понимала, что все это значит. Я отклонилась назад ровно на столько, чтобы видеть его глаза.

– Хартли, я… Я не смогу быть просто подружкой на одну ночь. Может, другим девушкам все равно, но…

Он прижал два пальца к моим губам:

– Я только твой, Каллахан.

Его ладонь обхватила мою щеку, и я с наслаждением ощутила ее тепло.

– Ты первая девушка, рядом с которой я бы хотел встречать рассвет, и последняя, кого я хотел бы видеть, прежде чем заснуть.

Выдох счастья был украден с моих губ его поцелуем. Он нежно посадил меня на свою кровать и большим пальцем убрал волосы с моего лица. Наши губы снова слились в глубоком поцелуе, и Хартли тихо застонал. Звук его стона дрожью прокатился по моей спине.

Когда его язык соприкасался с моим, я чувствовала его всем своим существом.

Хартли зашептал мне в ухо:

– Прости, что я так долго не мог этого понять.

Его губы скользнули по моей щеке, а руки обвились вокруг моего тела, чтобы крепко прижать меня к его обнаженной груди.

А потом мы целовались и катались по его кровати, как двое голодных людей, попавших на неожиданный пир. Мои руки беспрестанно скользили по всему его телу. Больше не было причин не трогать его, и внезапно я поняла, что хочу прикасаться к нему везде. Пока мои пальцы исследовали напряженные мускулы его груди, Хартли целовал мою шею, спускаясь все ниже. Он задрал мой топ и провел носом по моему животу. А когда его губы подобрались к поясу моих штанов для йоги, у меня перехватило дыхание.

Он поднял подбородок.

– Может, сходить за нашим другом Дигби?

– Нет, – ответила я.

Мускулы Хартли напряглись, когда он поднимался наверх, чтобы заглянуть мне в глаза.

– Ты должна сказать мне, чего ты хочешь, – прошептал он, убирая прядь волос мне за ухо. – Я не знаю, к чему ты готова.

Я думала, что уже знаю, каким становится его лицо, когда он смотрит на меня. Но я ошиблась. Сейчас его глаза горели таким жаром и таким желанием, что я едва ли могла поверить, что действительно лежу в его постели, и это не какое-то недоразумение.

– Я хочу, чтобы ты… – Я оборвала фразу, поскольку говорить об этом было нелегко. – Я хочу все. Я хочу, чтобы ты был со мной таким же, как с другими девушками.

Его взгляд обжег меня.

– Потому что, Каллахан, – его карие глаза приблизились, – я никого не любил так, как я люблю тебя.

Следующий поцелуй был долгим, медленным и полным новых надежд.