Год полнолуний

Нет одного человека — есть племена и народы. Если есть один Бог, их должны быть тысячи и тысячи.

— Есть! — старик крепко взял прорицательницу за голову, притянул к себе и поцеловал. — Знаю, что делать!

— Вот как? — рассмеялась хозяйка святилища. Значит, я должна вознаградить тебя не один раз, а дважды? Ты сможешь принять такое поощрение?

— От тебя, хозяйка, — расстегнул свой пояс Велемир, — приму сколько угодно благодарностей.

Дворец хозяйки границы больше всего напоминал крепость: толстые бревенчатые стены, узкие бойницы, три этажа в высоту, набранная из толстых, морёных до черноты досок.

Пожалуй, такой дом мог легко выдержать удар змеловога среднего размера, а арахнопакам не нашлось бы ни единого лаза лаза, чтобы проникнуть внутрь. Впрочем, восьмилапые твари до дворца хозяйки ещё ни разу не добирались, и проверить конструкцию на прочность пограничникам не довелось — наверное, к счастью.

— Надеюсь, хозяйка границы уже поднялась? — спросил привратника Велемир, открывая ведущую во двор калитку.

— Она пребывает в саду, дед, — на весьма важной должности привратника состоял воин средних лет, и сейчас он смотрел не столько на старика, сколько на его спутницу. — Неужели хозяйка святилища решилась покинуть свою обитель?

— Дело, призывающее нас сюда слишком важно, сын мой, — кивнула женщина, — чтобы я могла отправить простого посыльного.

— Сама хозяйка святилища, — повторил привратник, находясь в мучительных раздумьях. В утренние часы его госпожа обычно не принимала никого, слишком дорожа самыми ясными для разума часами… Но если он своей волей задержит доклад о важном деле — разноса не избежать.

— Хорошо, — наконец решился воин, поправляя пояс с мечом. — Следуйте за мной.

Хотя персики уже облетали, большинство яблонь и вишен в обширном саду при дворце вовсю цвело, распространяя сладковатый медовый аромат, и плодоносящих деревьев можно было увидеть всего несколько штук. Под одним из них и сидела в лёгком плетёном из ивовых ветвей кресле хозяйка. На этот раз на ней был только лёгкий сарафан без всяких украшений, мягкие кожаные тапочки, а длинные шелковистые волосы небрежно рассыпались по плечам, еле шевелясь под порывами ветра.

Судя по расслабленной позе и закрытым глазам, женщина ещё отдыхала — но руки неспешно перематывали клубок зелёной финансовой нити, пропуская узелки между пальцами. Иногда хозяйка останавливалась, проговаривала что-то губами. Изредка делала на нити крупные узлы, поле чего продолжала мотать клубок.