Год полнолуний

В четверг, пожав плечами, Валюша отправила его на Двинскую улицу.

Довольный, как слон после купания, Саша выменял в кладовке картонки с шестьдесят третьим и сто шестнадцатым маршрутом на два комплекта досок — на сорок девятый и пятидесятый — и отправился работать с присущей автобусникам аккуратностью.

Однако в половину первого ночи, причесавшись и переодевшись, вместо последнего рейса к Финляндскому вокзалу Трофимов рванул на площадь Победы.

Безусловно, такая выходка могла выйти боком, а то и увольнением, но Трофимову очень хотелось выпендриться перед Синичкой.

По Московскому шоссе он проскочил до мясокомбината, развернулся и медленно поехал вдоль правого поребрика. Хотя март и считается первым весенним месяцем, по погоде этого не скажешь: вдоль дороги лежали чёрные от грязи, закопчённые, окостеневшие за зиму громадные сугробы, пронзительный ветер забирался холодными щупальцами даже в хорошо прогретую за день кабину, размолоченные днём лужи к вечеру смёрзлись бурыми зубчиками и громко трескались под колёсами.

Синичкину компанию Трофимов увидел, когда она пересекала шоссе перед пустынной осмотровой площадкой ГАИ. Посигналил. Синичка тут же запрыгала, размахивая руками. Остальные просто повернулись к автобусу, а когда машина остановилась, чопорно, словно заслуженные пенсионеры, вошли в переднюю дверь. Дед, пригладив неправдоподобно чёрные волосы, уселся сразу перед дверью, поставив посох между ног, а парень с девчонкой устроились в середине салона.

— Поехали? — спросил Саша, усадив девушку на воздушный фильтр, по размерам вполне заменяющий табуретку. Синичка кивнула. — На Васильевский остров?

— Да, он так называется. Мы доедем?

— А как же! — Трофимов выжал сцепление и включил передачу.

— Постой, — она оглянулась в салон, встала, обняла Сашу и крепко поцеловала, — теперь можно.

В салонное зеркало Саша увидел, как парень погрозил Синичке пальцем, а потом обнял свою девушку.

— Он что, ревнует? — спросил я.

— Яр, что ли? Да ему кроме Млады никто не нужен!

— Нет, но Ярополком его звать не надо. Если имя вслух произнести, то сглаз разбудить можно.

— А Младу как называть, если не по имени?

— Млада — это не имя, просто мы её так кличем. И дедушку звать не Велемиром, и меня не Синичкой. Кстати, а ты Саша или нет?

— Саша.