Год волка

Спасать нас никто не будет, но как же лорд Сатурлэй и леди Габриэла? Их я думаю в плену не оставят.

– Если они в плену. В чем я очень сильно сомневаюсь.

– Почему они держат их отдельно от нас? Почему поверили в то что мы Фольк? Ты же видел лицо Алвера. Как оно перекосилось, когда он узнал, что в первом экипаже ехал лорд. Они все мертвы Эдин. И скоро мы последуем за ними.

Мари не выдержала и разрыдалась. Я подошел к ней и сев рядом приобнял за плечи в попытках успокоить. Мари прижалась к моей груди, вздрагивая в бессильных рыданиях.

– Мы будем живы Мари. И твоя леди тоже жива. И барон. Я искренне в это верю.

– Правда? – с надеждой произнесла она сквозь слезы.

Все-таки женская наивность и вера в слова мужчины перебороли в ней здравый смысл. Я решил этим воспользоваться.

– Конечно, – подтвердил я, сильнее прижимая ее к себе.

– Эдин, – тихо произнесла она и подняла на меня свои большие голубые глаза.

– Я… я хотела сказать тебе. Ну… если это наши последние дни…

– Мари. Прекрати. Я же обещал тебе, что все будет хорошо.

Еще бы выполнить это обещание, про себя подумал я.

– Да, ты обещал, – она чуть приблизилась ко мне. – Но, если все же у нас ничего не выйдет, я бы хотела…. То есть я хочу умереть настоящей женщиной.

Она попыталась меня поцеловать, но я тут же отстранился и встал, так быстро, насколько мне позволила моя нога.

– Эдин, я люблю тебя, – в отчаяние выкрикнула девушка.

– Мари. Мы уже говорили об этом, – мягко, так чтобы не задеть чувств девушки, сказал я. – Ты достойна большего. Не меня.

Пойми я хочу тебе только самого лучшего. Тебе не стоит совершать глупостей, о которых ты потом будешь жалеть.

– Это не глупости, – тихо, почти безнадежно произнесла Мари. – Это все из-за нее?

– Кого? – не понял я.

– Из-за леди. Ты любишь ее?

Я тихо вздохнул. Бедная девочка. Неужели, и я был когда-то вот так безнадежно и безответно влюблен.

– Дело не в любви Мари.

– Тогда в чем? – она посмотрела на меня умоляющим взглядом. – Я не понимаю. Я тебе не нравлюсь? Или…

– Дело не в тебе Мари.

Точнее и в тебе тоже, но не в том смысле, что мне в тебе что-то не нравится и что с тобою что-то не так. Это все так сложно объяснить.

– Не утруждай себя. Я все поняла, – Мари легла на лежанку, повернулась ко мне спиной и закрыла руками голову. Она не плакала. Просто лежала так тихо, словно бы умерла.

Сначала я хотел подойти к ней и попробовать объясниться до конца. Но потом передумал, решив оставить девушку наедине со своими мыслями. Так ей будет легче это принять.