Старые неподатливые ворота храма неохотно и лениво отворились, скрепя старыми петлями. Фёдор, Генрих и Алёна оказались в заброшенном соборе, и предстали пред алтарём.
На ступенях сидела здоровая фигура Луговского. Подол его тяжёлой шубы раскинулась подле него. Князь радушно улыбнулся, чуть поведя головой набок, и приветливо помахал ножом, коий Фёдор оставил залогом.
- Как же я скучал, голубчик мой ненаглядный, - с улыбкой в голосе произнёс Михаил, вставая во весь свой богатырский рост.
- Ежели так, чего не наведался? От всё ждали-ждали тебя, княже, на пирах наших, а всё нет и нет, - молвил Фёдор с поклоном, - От решили и сами навестить.
Луговский широко улыбнулся, в очаровании глядя на Басманова. Чуть прищурившись, Михаил метнул нож в то промёрзшее дерево, оставшееся от иконостаса. Лезвие круто вошло.
- Это Генрих Штаден, - молвил Фёдор, представляя немца.
- Штаден? – князь почесал щёку, оглядев Генриха с головы до ног, да кивнул пару раз, - Наслышан, наслышан голубчик. Право, думал ты малость покрупнее.
Но ничего, ничего.
- Я тоже наслышан о тебе, княже. Думал, ты не столь приметный, - ответил Генрих, пожав плечами.
Луговский с удовольствием усмехнулся. Украдкой поглядел на Фёдора, затем вновь на немца.
- Скажи-ка, голубчик, - обратился Михаил к немцу, - а ты тоже, поди, ничем не захворал?
Генрих пожал плечами.
- Да пёс его знает, - ответил Штаден.
Михаил усмехнулся, не сводя своего взгляда с немца. Холодный взгляд князя застыл, и вместе с тем будто бы стихло всё.
- Ты можешь перевезти его с женой через границу? – вопрошал Басманов, не выдержав ставшего затишья.
"
"Луговский перевёл немигающий взор на Фёдора, да усмехнулся. Михаил всплеснул руками, быстро переменившись в лице. Дружеское расположение легко сквозило в каждом жесте.
- Милок мой, знай ты, что в моих силах, ты спать бы не мог, - добродушно молвил Михаил, и впервые поглядел на Алёну.
– Бабёху увести, - прищёлкнув, князь обратился ко Штадену, - Пущай ждёт снаружи, покуда мы с вами потолкуем.
Немец хмуро свёл брови, пущай и был упреждён Фёдором об нраве князя.
Пришлось согласиться.
Алёна опустила взгляд, не смея медлить - девка была разумная, и ведала, что нынче пуще прежнего решится их с Генрихом судьба. Немец скрестил руки, хмуро провожая подругу взглядом.
- От неё воняет дягой, - тихо произнёс Луговский, прохаживаясь пред алтарём.
Хоть Штаден пропустил мимо ушей слова князя, Фёдор настороженно поглядывал на Генриха, боясь, как бы тот не взвёлся в драку.
