Окоченели пальцы с морозу. На голове мешок, да сквозь ткань грубую холщовую всё проступает кровь.
Въехали опричники на двор заснеженный, да скинули поклажу свою. Человек уж и не шевелиться, да пнул главарь в живот связанного, а тот и звуку не подал.
- Подонок этот сучий – громко объявил опричник громовым басом своим, - руку поднял на слугу государева! Да с тем и измену уготавливал! В цепях держать выблядка поганого!
Мужчина вновь со всею злобой пнул изменника, да тот лежал на холодном снегу, точно чувства давно покинули его.
…
Резкие удары кожаного хлыста разрезали горячую плоть. Свист разлетался от каждого взмаха кнута и летел гулким эхом под низкими мрачными сводами подвала.
Стены будто бы дышали, когда на их камнях дрожало пламя от редких факелов. Мальчик стоял в стороне, силясь будто бы вжаться в стену.
Ребёнок глядел, как фигура молодого опричника вновь и вновь обрушивает град ударов на искривлённое в колодках тело. В полумраке всё обратилось кромешной мешаниной дьявольских видений и отблесков пламени со стены.
Опричник обернулся на мальчика, складывая пополам хлыст в своих руках. Кровь капала с плети на каменный пол. Фёдор кинул плеть мальчику. Ребёнок, оцепеневший от ужаса, не словил брошенного ему оружия, и поднял хлыст уже с пола.
Тем временем Басманов сел на одно колено и схватил за волосы узника. Мальчонка, стоявший всё то время в стороне не слышал, какие слова произносил Фёдор твёрдым шёпотом, точно вбивал их заключённому.
Ребёнок боялся пошевелиться. Он сам не заметил, с какою силой сжимал в своих руках хлыст барина. Кровь, чёрная и густая, быстро стала липнуть к рукам.
Опричник медленно поднялся с земли и взмахнул головою, стряхивая волосы со своего лица. Юноша перевёл взгляд на мальчишку и подозвал холопа жестом.
Ребятенку понадобились пара мгновений, чтобы пробудиться от того завороженного чувства, которое сковало его. Выйдя из оцепенения своего, он приблизился к опричнику.
Фёдор тяжело дышал, но стоило мальчику сделать несколько робких шагов, юноша будто бы во мгновение перевёл своё дыхание.
Опричник присел на корточки, встретившись с мальчиком взглядом.
- Неужто страшит тебя эта кровь? – спросил Фёдор, подняв руки свои.
Холоп сглотнул да часто закивал, пряча взгляд в каменный пол.
- Жаль, что не страшился ты врать мне, мелкий ты сучёныш. – с каким-то тихим сожалением вздохнул Басманов.
