Голос Ветра (СИ)

Моя рука скользила по спине Мышонка… Куртка расстёгнута, она прижималась ко мне, чтобы залиться смехом мне в жилетку.

Её папа увидит во мне перспективу. Сейчас у меня ничего нет…

Но у кого-то ведь всё есть! Богатых женишков достаточно. Единственная причина, по которой мне могут не отдать её в жёны…

Дану могли не поставить в курс дела. И вопрос не в том, что она красивая, юная и невинная. Её чистота, искренность без фальши, отсутствие игры и кокетства очень сильно привлекали взрослых мужчин. Я наблюдателен, понял это почти сразу.

Парни моего возраста и помладше не испытывали такого интереса, а вот те, точнее мы, кто столкнулись с трудностями жизни, вполне могли оценить всю прелесть таящуюся в этой девушке.

Кто-то мог её присмотреть, кто-то мог уже с папой договориться.

Даже не спросят Дану.

И тогда я украду. Раз она не инвалид, раз ей не нужен опекун, я просто узнаю, что за болезнь и увезу её. Сменим имена и фамилии. Устроимся, проживём.

Пошли дружными косяками на хутор во главе с папой.

Оля паниковала, Егор ляпнул. Потёмкина пугала. Как сговорились! Папа – криминальная личность. Но сразу убивать меня не будут, мне же намекнут, чтобы я ушёл, даже могут денег предложить…

— Что случилось? Тебе не нравится? — она целовала меня в щёку, хмурилась, пытаясь понять, что со мной происходило.

Любое её движение в мою сторону вызывало прилив счастья, радости и домашнего покоя, который был потерян вместе с мамой, домом и моей девственностью.

— Хочешь юбкой поделюсь? — гоготал Егор, попытался накинуть на меня кринолин, я ударил его.

В шутку, но Дана опять не поняла.

Пока ещё не видела, как мы можем драться. Девочки таких игр опасались. А Дана ещё плохо разбиралась в эмоциях.

— Нравится, — кивнул я, и чуть улыбнулся.

Мы стояли напротив скульптуры из дерева. Это был медведь, похожей на старика, с палочкой, на покатом плече сидела деревянная сова, как живая.

Старое здание городской больницы за невыскоим забором, проход свободный. Между тремя корпусами парк с высокими деревьями.

Ветер весенний и тёплый шумел в кронах. Лавочки все заняты. Полина к нам вышла со своей дымящей гадостью. Пока шла вроде ничего, чем ближе приближалась, тем «грустнее» становились её плечи и печальнее синее лицо. Не ожидала увидеть Егора.

Тёма сама не знала, зачем её здесь держали. Ничего не сломано. Тётя просто работала в этом месте, можно сказать, спрятали до выяснения отношений.

Буравкин стал серьёзным: рожа кирпичом.