Голос вождя

 — Точно не помню, на часы не смотрел — не до того было! Все вообще как-то быстро произошло — вот только звонок от Вождя и сразу — бац! Перенос! Между ними, наверное, и пяти минут не прошло!

— А чего Верховный так конкретно посоветовал мне не лезть на рожон? Ссылаясь на тебя?

— Погибнуть ты был должен сегодня, Володя! Вот на том самом поле между двух рощиц. Сгореть в танке вместе со всем экипажем. То ли во встречном бою с панцерами Гудериана, то ли от бомбы пикировщика.

— Во как! — Батоныч пустыми глазами посмотрел на красное полукружие уже почти севшего за горизонт солнца.

 — Прошла, значит, мимо, костлявая… А чего ты дергался-то? В первый раз, что ли? Ушел бы на «перезагрузку», как ты это называешь…

— Я не был уверен, что без моего присутствия эта самая «перезагрузка» для тебя сработает! Хрен знает, как эта «небесная механика» действует!

— Понятно… — пробормотал Володя. — В общем, спасибо тебе! И за меня, и за ребят моих, за экипаж! Они ведь тоже должны были со мной… А ведь ты их дольше моего знаешь — мехводом у меня старшина Баранов, а башнером мамлей Гаврилов.

— Матвеич и Степа? Конечно, я их прекрасно помню! Познакомился с ними, когда вместе из-под Клецка выходили. Моя третья «ходка», если память не врет. А потом ты их учил «семьдесят вторым» управлять, когда мы дивизию Моделя чихвостили!

— Н-да… Были приключения… — кивнул Батоныч. — Нам бы сейчас сюда мой любимый танк… А лучше роту! Сейчас бы уже Гудериана на березе вешали!

— Да вы и без «Т-72» неплохо справились! И это я тебя не утешаю, а просто констатирую факт.

— Ладно, ладно… Льстец! — Батоныч тоже шутливо толкнул меня кулаком в плечо. И мы снова синхронно поморщились от боли. — Вон уже твоя… гм… знакомая идет. Угораздило же девушку с тобой… гм… познакомиться…

Я обернулся. В какой-то хламиде защитного цвета (это такое платье?), перепоясанная брезентовым солдатским ремнем, в косынке на светлых волосах, в яловых сапогах сорок первого размера Светочка смотрелась… божественно! Прямо-таки глаз не оторвать.

Немудрено, что при ее движении через толпу раненых воинов замолкали любые разговоры и головы «орлов» и «героев» немедленно поворачивались вслед за спустившимся на землю ангелом.

— Э-э-э… хм… давайте пойдем в мою палатку! — Чувствовалось, что на Батоныча тоже подействовала «женская магия» доктора медицинских наук.