Голос вождя

А потом, не поворачиваясь, снова заговорил тихим монотонным голосом:

— Потери просто чудовищные! Сам видишь, здесь раненых примерно три сотни, а ведь не всех еще собрали. А сколько убитых, сгоревших всем экипажем? Да, мы победили, настучали Гудериану по сопатке. Но он, сука такая, отошел в полном порядке, сохранив костяк потрепанных дивизий. Да, мы разменяли один наш танк на три немецких. Но даже такой размен для нас — пиррова победа, ведь танки можно наклепать, а погибших танкистов не вернешь! Многих я сам два месяца назад обучал, а сейчас они остались вот там! — Володя резко махнул рукой в сторону дальнего поля, где до сих пор виднелись столбы дыма.

 — Нам бы сейчас ударить вдогонку, добить немчуру, а нечем — выбита примерно половина матчасти, а уцелевшая техника нуждается в разной степени ремонта. И люди… люди смертельно устали! А если не завтра, то через пару дней точно эти твари перегруппируются и снова попробуют нас на зуб. Учитывая, что здесь три танковые дивизии и две моторизованные против одной нашей — я не уверен, что моя гвардейская устоит! А с севера прет Гот! Боюсь, что Минск мы не удержим! Правда, товарищ Сталин на это и не рассчитывал, эвакуация госучреждений идет с пятого сентября.

— А население, промышленность?

— Населения почти не осталось, а эвакуация промышленности закончена две недели назад! — устало усмехнулся Бат. — Ее начали, как только немцы к УРу подошли… Фрицев ждет пустой город…

— Не верили, стало быть, что укрепрайон устоит? Я ведь сам проходил через него месяц назад — там немцы столько войск подогнали — в ближнем тылу яблоку негде было упасть!

— Да он бы и неделю не устоял! — хмыкнул Батоныч.

 — Невзирая на героизм бойцов и толщину бетонных стен! Фрицы — известные мастера штурмовых действий. Спасало то, что почти каждый день наше командование бросало во встречные бои свежесформированные дивизии. А активность немецкой артиллерии парировало грамотной контрбатарейной борьбой — не давали безнаказанно ДОТы расстреливать. Так и держались, пока… немцы отсюда ту прорву войск, которую ты видел, не увели на север и юг. А три дня назад — вернули! И всего лишь за двенадцать часов прорвали линию укрепрайона на всю глубину. И вот сегодня на рассвете ввели в прорыв танки. У меня был приказ просто задержать фрицев на сутки. Мы его слегка перевыполнили, разгромили и отбросили немецкий механизированный корпус. Но дальше — снова придется отступать или положить здесь всех!

— Не переживай, Володь! — Я положил руку на плечо друга.