Голубка

А та, прижимая к груди очередное недошитое платье, возмущалась:

– Сережа! У меня же иголки!

– Сколько восторгов! – не унимался Топольков, осторожно опуская жену на табуретку. – Ты напоминаешь мне гимназистку.

– Ты просто мало общаешься с Калерией Петровной! – спорила жена. – А она такая… Она как будто не чужая, а… ну, в общем, я не знаю, что бы я без нее делала.

– Зато я много общаюсь с ее мужем, – уже серьезнее продолжал Сергей. – Мировой мужик. Справедливый.

– Я вот тебе не говорила, но когда ты был в плавании последний раз, у мальчиков поднялась температура…

Сергей испуганно уставился на нее.

– И я не знала, что делать, а Калерия Петровна пришла и все как надо сделала. И ходила каждый день, лечила.

– Обыкновенная краснуха, но я же не знаю, могла быть и корь.

Лицо Сергея знакомо исказилось, и Ирина постаралась перевести разговор на другое, почувствовав всем нутром его тревогу. Ведь когда он далеко от них, то беспомощен в этом отношении. И где-то на донышке души всегда остается некоторое чувство вины перед семьей за такие длительные отлучки.

Впрочем, Сергей уже понял, что не ошибся. Ирина вопреки его опасениям не стала чужой в этом особом, сложном мире военного городка.

Напротив, она настолько органично влилась в новую жизнь, что результат, как говорится, превзошел все ожидания.

Кроме того, что жена зарабатывает неплохие деньги, практически не выходя из дома, она еще успевает участвовать в художественной самодеятельности!

В том, что Ирине хорошо здесь, конечно же, большая заслуга жены командира, Дробышевой.

Сергей, хоть и подшучивал над восторгами жены, все же осознавал ее правоту.

– Сережа, обедать! – позвала Ирина из кухни. Пацаны активно залопотали из своего манежа, отзываясь на зов матери.

– Это не вам, мужики, – развел руками Сергей и включил радио.

Радио в семье Топольковых служило няней. Дети не любили оставаться в комнате одни, а голос, идущий из черного ящичка, воспринимали как присутствие человека.

Бодрые советские марши их вполне устраивали.

– Нам обещали место в яслях, – делилась новостью Ирина. – Поставили на очередь.

– Здорово, – кивал Сергей, с удовольствием поглощая дымящийся борщ. – Тогда у тебя…

– Тихо! – вдруг перебила мужа Ирина и вся вытянулась в струнку. Он отложил ложку.

По радио передавали репортаж о первомайской демонстрации. Диктор торжественно читал лозунги.

– Что такое? – не понял Сергей.

Ирина приложила палец к губам и потянула мужа за собой. Они выглянули из кухни.