Голый завтрак

Если гражданину хотелось чего-нибудь – от мешка костяной муки до партнера для секса, – соответствующее министерство готово было предложить эффективные услуги. Скрытая в таком всеохватывающем человеколюбии угроза подавляла даже мысли о бунте…

Карл пошел через Площадь Ратуши… В мерцающих струях фонтана купались никелированные обнаженные фигуры в шестьдесят футов высотой, с латунными гениталиями… Купол Ратуши, сооруженный из стеклоблоков и меди, врывался в небо.

Карл обернулся и уставился на американского туриста-гомосексуалиста, который тотчас потупил взор и принялся возиться со светофильтрами своей «Лейки»…

Карл вошел в стальной, выкрашенный эмалью лабиринт Министерства, решительно подошел к справочному столу… и предъявил свою повестку.

– Пятый этаж… Кабинет двадцать шесть…

В приемной кабинета двадцать шесть на него холодными подводными глазами взглянула медсестра.

– Доктор Бенвей вас ждет, – сказала она, улыбнувшись. – Входите.

«Будто ему больше делать нечего, кроме как ждать меня», – подумал Карл…

Кабинет был залит молочно-белесым светом, в нем стояла полная тишина.

«Я уже видел этого типа, – подумал Карл… – Но где?»

Он сел – нога на ногу. Взглянув на пепельницу на столе, он закурил… Потом устремил на доктора пристальный вопрошающий взгляд, в котором явно сквозила дерзость.

Доктор казался растерянным… Он беспокойно ерзал и покашливал… и перебирал бумаги…

– Хм-хм, – произнес он наконец… – Ваше имя, полагаю, Карл Питерсон…

Его очки сползли на нос в пародии на профессорскую манеру держаться… Карл молча кивнул… Доктор не смотрел на него и тем не менее, казалось, отметил подтверждение… Он пальцем затолкнул очки на место и открыл папку, лежавшую на крашенном белой эмалью столе.

Доктор принялся раскачиваться в кресле. Его очки соскользнули на нос. Карл вдруг почувствовал себя неуютно.

Доктор продолжал посмеиваться и раскачиваться в кресле, как заводная игрушка. Карл понял, что от него ждут каких-то слов.

– Это кажется разумным, – сказал он.

Доктор перестал посмеиваться. Он неожиданно замер.

– Теперь вернемся к вопросу… э-э… сексуальных отклонений. Откровенно говоря, мы не делаем вид, будто понимаем – по крайней мере до конца, – почему некоторые мужчины и женщины предпочитают… э-э… однополое сексуальное общение. Тем не менее мы знаем, что это довольно распространенное… э-э… явление, и при определенных обстоятельствах оно вызывает… э-э… озабоченность нашего ведомства.