Голый край (СИ)

Эйва и другие духи помладше спокойно проводят вечность среди гигантских деревьев и по этой причине нам нельзя вырубать слишком много.

Иногда дело доходило даже до практики.

— Давай, Майя, — Хьялдур положил мне руку на плечо. — Я позову младшего духа, а ты попробуй с ним поговорить.

Я неуверенно кивнула, чувствуя, как от волнения у меня мелко дрожит все тело. Хьялдур сел в позу лотоса напротив меня на полянке перед домом и стал раскуривать свою трубку. Вместе с тем из его губ стало доноситься низкое, гортанное пение, рокочущее среди густого дыма трубки.

Будто бы по велению друида клубы дыма стали закручиваться в причудливые спирали, смешиваясь, сталкиваясь, но постоянно сохраняя один узор. Все больше и больше мелкие спирали соединялись в одну большую, а затем Хьялдур прикрикнул:

— Гун дарр!

От его крика дым вмиг рассеялся, а на его месте, словно выйдя из тумана, появился маленький, тусклый огонек, казалось, не имеющий ни веса, ни сущности. Лишь маленькая, бестелесная вспышка света, витающая в воздухе вокруг меня.

Хьялдур, взглянув на меня, улыбнулся и кивнул.

— Эм… Привет? — неуверенно сказала я искорке.

Та вдруг остановилась прямо перед моим лицом. Казалось, будто бы она приглядывается ко мне.

Но стоило мне улыбнуться, как искорка стала будто бы скакать перед моим лицом. Она кружила совсем рядом, иногда слегка касаясь кончика моего носа и щекоча его. Невольно я весело засмеялась и стала пытаться прикоснуться к ней, но искорка улетала прямо сквозь мои пальцы, играясь со мной.

— Эти называются ярошами. Маленькие, веселые духи, которые очень любят детей и не любят…

Он не успел договорить, как из-за моей спины послышался свист, а затем веселый крик моего отца:

— Хэ-хэй, умники! — судя по голосу он уже был немного пьян. Ровно настолько, чтобы потерять совесть и стать разговорчивым.

Искорка при звуке криков моего отца тут же испарилась в воздухе, будто бы растворяясь в лучах солнечного света.

— Они не любят… — вздохнул Хьялдур, — взрослых. Особенно пьяниц.

— Эй, это кто это тут пьянь, а?! — наигранно сердито прикрикнул мой отец и упал на колени рядом со мной, приобнимая меня за плечо. — Сам-то только после браги раскололся, про дочку мою рассказал!

— Эх, Борт. Да если б я пил столько, сколько и ты, то давно бы уже был вместе с духами, — улыбаясь, вздохнул Хьялдур и протянул отцу руку.