Голый край (СИ)

 — Папы дома нет!

— Но папа ведь работает, вороненок. Чтобы было что кушать.

— А я хочу папу дома, чтобы когда солнце!

Оба родителя умиленно улыбнулись. Черт, все-таки сложный у них язык. Ну ничего, еще привыкну.

— Папа, я сама могу быть!

А вот после этих слов улыбка исчезла с лица отца. Его нынешнее выражение можно было описать разве что, как озадаченное.

— Папа, тебе трудно. И мама хочет помогать тебе. А ты не разрешаешь.

— Но милая моя, я ведь беспокоюсь о…

— Не надо! — резко и настойчиво оборвала его на полуслове.

— Да, переживаю. Я знаю, что ты умная девочка, но всякое бывает.

— Тогда давай я буду с дядей умным! — ударила ладошкой по столу и тут же об этом пожалела. Больно же. Еще и отец не понял о ком говорю. — Хьялдур дядя!

Когда отец услышал это имя, то тут же выронил деревянную ложку. Ребенок тянется к родителям, потому что они становятся для него образами для подражания. Если ребенок тянется к знахарю, к колдуну, то это как минимум необычно.

— Будешь… с друидом? — переспросил он. Уже слышала это слово, но оно слишком сложное, чтобы его можно было сразу запомнить. — Зачем, вороненок?

— Чтобы дядя друид мне рассказывал разное, а я не сама была.

— Рассказывал? Что рассказывал? — отец удивленно вскинул брови.

— Про траву и про умное!

Отец замолчал. На его лице читалась смесь удивления, непонимания и гордости. Его дочь в возрасте меньше года уже тянулась к знаниям, которые многим и во взрослой-то жизни не сдались. С другой стороны, он отчаянно отказывался признавать тот факт, что травы и знания его дочери интереснее кукол, игрушек и прочих детских забав.

— Майя, это…

— Хочу! А когда солнце опускается, меня домой, и я буду с мамой и папой!

Мужчина тяжело вздохнул. Мы договорились, что он попробует поговорить с Хьялдуром после какого-то праздника — только сейчас узнала это слово. Меня это устраивает. Хотя значило, что это как минимум случится в этом году, ведь праздники раз в год и бывают.

Довольная собой, после ужина крепко уснула в кроватке.

***Праздником, про который говорил отец оказался, кто бы ожидал, мой день рождения. К этому сроку уже уверенно переставляла ногами в вертикальном положении и даже могла смешно бегать, размахивая руками во все стороны. Балансировать было сложно, и пусть я и падала, но сразу же вставала. Мама мои игры поощряла и с радостью гонялась за мной по дому. Иногда мы выходили с ней погулять по деревне уже за ручку.